Уоррен предлагает с долей трепета:

— Дааа. Или ты бы мог притащить ее к себе в номер, чтобы по-быстренькому трахнуть.

Джек, Мэтью и я в один голос восклицаем:

— Нееееет.

Я поправляю его:

— С женщинами высокого класса ты собираешься торопиться? Ты захочешь провести с ней времени побольше. И — правило номер два — всегда иметь путь к отступлению. Никогда не приводи девушку к себе. А то тебе потребуется подъемный кран, чтобы избавиться от нее.

Джек вздрагивает.

— Мне как-то пришлось вызывать копов. И когда они ее вытолкали, эта девка все еще цеплялась за мои простыни. Это ошибка, которую совершают только раз!

Уоррен кивает.

— У тебя это кажется так легко.

— Легким должно быть уложить кого-нибудь в постель, — говорю ему я. — Никто из нас не был бы здесь, если бы это было не так. Бог дал мужчинам инстинкты — даже тебе. Просто расслабься и доверься им.

Я шлепаю его по спине. Сильнее, чем требовалось.

— Теперь, юный Скайуокер, ваша тренировка окончена. Сегодня вечером — ты станешь джедаем.

Он улыбается.

— Клево. Спасибо, друг. — Потом он показывает большим пальцем в сторону туалета. — Мне надо отлить.

Джек поднимается.

— А я вижу новую счастливицу. Скоро вернусь.

Когда он уходит, Мэтью взглядом прожигает дыру на моем лице.

Я тоже смотрю на него.

— Что?

— Несколько часов назад ты едва мог находиться с ним в одной комнате, а теперь ты даешь ему такие советы. Зачем ты на самом деле ему помогаешь, Дрю?

— Я просто люблю помогать.

Он продолжает пристально на меня смотреть, в ожидании продолжения.

— И… если Уоррен будет занят своей собственной вагиной… он будет держаться подальше от Кейт.

Мэтью с рычанием запрокидывает голову назад.

— Чувак, ты все еще не можешь успокоиться на этот счет? Отпусти ты это, друг.

— Ты разве не слышал ту песню, которую слышал я?

Его голос становится громче от раздражения.

— И что? Это была просто песня. Кейт выходит замуж за тебя — у вас есть общий сын. — Он складывает у рта руки, словно это мегафон. — Забудь.

Я потираю шею.

— Забыл. Забыл. Но… когда я его вижу… когда я вижу их вместе — это сводит меня с ума.

— Почему?

— Потому что думаю, что у него до сих пор есть чувства к Кейт.

— Опять, почему?

Я скриплю зубами. И сцепляю руки вместе. Когда открываю рот, оттуда вылетает единственная правда.

— Потому что я бы никогда ее не отпустил, Мэтью. Никогда. Не важно, что случится — не важно, что я натворю, я всегда буду надеяться, стараться, до тех пор, пока она не вернется ко мне.

Мэтью с сочувствием кивает.

— И поэтому ты женишься на Кейт, а Уоррен нет. Потому что он смог ее отпустить. Эти отношения были не навсегда. И он забыл о ней. То же самое с Кейт. Так что перестань мучать себя — и всех нас — и просто нахрен наслаждайся жизнью. Ты выиграл. Она твоя.

Я немного обдумываю его слова. А потом пожимаю плечами.

— Как бы то ни было, все хорошо, что хорошо кончается. Я получаю в свой адрес критику, Уоррен улучшает свои навыки по съему женщин, а Кейт будет приятно удивлена, что я не воспользовался шансом закопать его. Все в выигрыше, верно?

Мэтью задумчиво кивает и допивает свою рюмку.

По громкой связи, спасатель называет номер нашей команды и мы готовы к игре.

К тому времени, как мы вернулись на виллу — в качестве чемпионов водного волейбола — день превратился в сумерки. Это мое любимое время суток. Солнце садится, а в воздухе пахнет летом — землей, хлором и свежескошенной травой. Я провожу карточкой в замке ворот, которые окружают дом, и направляюсь к передней двери.

Что-то в окне привлекает взгляд Джека, и он замирает.

— Что за черт…?

Я слежу за его взглядом. Вижу девочек в библиотеке, сидящих по кругу на стульях, которые они притащили из столовой. На них длинные, розовые, сатиновые халаты и черные кожаные тапочки с пушком и на каблуке. В центре круга стоит высокая, на вид пятидесятилетняя блонди в черном кожаном прикиде доминанты. Она выглядит сексуальной — для бывалой возрастной проститутки, у которой, возможно, вагина-такая-же-широкая-как-Тоннель-Линкольна.