Не отрывая глаз от дороги впереди, Эмма сунула руку в рюкзак. Сигнал вызова звучал то громче, то тише — это телефон, вибрируя, натыкался на вещи, засунутые в рюкзак. Ей удалось нащупать мобильник до того, как звонки прекратились, и она переложила его в левую руку, чтобы правой вести машину.

— Алло?

— Эмма! — Это был Рейф.

— Что случилось? — Эмма почувствовала, как ее охватывает напряжение. — Уже готовы результаты анализа ДНК?

— Если даже и так, то я ничего не слышал об этом, — спокойно ответил Рейф. — Да и полиция наверняка позвонила бы вам.

— Вот как…

— Хотя, по-моему, они не смогли бы связаться с вами, даже если бы и захотели, — добавил Рейф. — Я пытаюсь дозвониться к вам с самого утра. Но мне отвечают, что абонент находится вне зоны обслуживания.

— Э-э… В самом деле?

Последовала недолгая пауза.

— Вы ведь сейчас там, верно? — спросил Рейф. — Вы сейчас во Франции.

— Как вы догадались?

Эмма вдруг поняла, что улыбается.

Рейф что-то пробормотал, скорее всего выругался, она не разобрала. Она подумала, что и он тоже может улыбаться. Но когда он заговорил снова, голос звучал предельно серьезно.

— Эмма, что вы там делаете?

В этот момент она проходила крутой и сложный поворот, так что ей было не до разговоров.

— Я знаю только то, — сказала она, когда автомобиль выровнялся на ровной дороге, — что должна быть рядом с ним. А не за сотни миль в другой стране.

— Не провоцируйте их, Эмма! Вам обязательно нужно дождаться результатов анализа ДНК. В этом случае ваша позиция значительно укрепится. Полиция должна быть на вашей стороне, не забывайте об этом. Не надо давать Хантам повода смыться оттуда.

— А что, если они уже смылись?

Рейф замолчал, и Эмма поняла, что такая возможность не приходила ему в голову.

Наконец он пробормотал:

— Когда я был там, они не спешили уехать.

— Ну да, еще бы. Вы полагаете, они непременно поставили бы вас об этом в известность?

Она была почти на месте. Среди живой изгороди показался знак, обозначающий Сен-Бурден. За ним виднелся склон холма, густо поросший деревьями. На самом его верху среди крон едва заметно просвечивала красная черепичная крыша особняка. Когда до ворот осталось совсем немного, Эмма притормозила, решив поставить машину на обочине, почти вплотную к живой изгороди. Дома ли еще Ханты? Глядя на крышу, узнать этого было нельзя. Вряд ли они накрыли бы особняк пыльным одеялом, если бы уже уехали отсюда.

— Где вы сейчас? — поинтересовался Рейф.

— У самого дома.

— Будь я проклят! — Он снова выругался.

Эмма потянула рычаг ручного тормоза. Двигатель слабо урчал на холостом ходу. Она повернула ключ зажигания, автомобиль содрогнулся, мотор закашлялся и заглох.

— Я должна увидеть его! — вырвалось у Эммы. — Все остальные варианты даже не рассматриваются. Я должна быть рядом с сыном!

— Мне все равно не удастся отговорить вас, что бы я ни сказал, верно?

— Что еще мне остается делать? — просто ответила Эмма.

Воцарилось долгое молчание.

— Ничего, — ответил наконец Рейф. — Ровным счетом ничего.

— Вот и я о том же.

— Да. — Долгий, тяжелый вздох. — Вы правы, и я, в общем-то, вас вполне понимаю. Так что мне остается только пожелать вам удачи. Но, умоляю вас, постарайтесь не попадаться им на глаза! И не лезьте на рожон в одиночку.

— Я знаю.

Эмма нажала кнопку отбоя, откинулась на спинку сиденья и приготовилась ждать. В сплошной пелене облаков появились просветы. В них ударили косые лучи солнца, прямые и яркие, падающие на поля подобно сверкающим пандусам.

Если Ханты все еще здесь, то рано или поздно, но они обязательно покажутся. Она готова была ждать. Чтобы бросить хотя бы еще один взгляд на сына. А когда она увидит его… Тогда посмотрим. И что она станет делать? Наверное, заведет машину и уедет отсюда. Снимет где-нибудь комнату, и будет сидеть в ней, и заламывать руки, и ждать, пока не позвонит полиция и не скажет, что все в порядке.

Рейф сказал, что она должна следовать правилам. И еще он сказал, что у нее просто нет другого выхода. Ну вот она и сделала так, как он посоветовал, и сыграла с полицией в их игру, и в результате не добилась ничего. Так что Рейф ошибался.

Небо прояснилось окончательно, и солнце начало припекать вовсю. В салоне автомобиля стало жарко и душно. По спине у Эммы стекали струйки пота. Она опустила окно и отодвинула сиденье, чтобы иметь возможность вытянуть ноги.

Если Ханты поехали куда-нибудь, то они должны вернуться. Если же они сидят в своем особняке, то когда-нибудь им придется выбраться из него. Если они проедут мимо в автомобиле, она может толком и не разглядеть Риччи. Но, будем надеяться, кто-нибудь из них выйдет с ним погулять. Хотя бы просто пройтись по аллее, как было в прошлый раз. Всякий раз, когда на дороге раздавался шум мотора, она вытягивала шею и разворачивалась на сиденье, чтобы посмотреть, не они ли едут. Но это оказывался или какой-нибудь местный житель за рулем, или туристический микроавтобус, битком набитый детьми и палатками, или вообще трактор.