Да уж, легкое! Что же мне с тобой делать, мотылек ты мой, радужный..."

Его служба не располагала к приступам сентиментальности, но любое решение должно быть обоснованным. Расстрел ахэнн не отвечал условию целесообразности, а позволить пользоваться, как дармовой подстилкой - не давали накрепко вбитые понятия чести потомственного офицера.

Манфред отбросил окурок и вошел, удивляясь своему решению. Хотя, заводят же некоторые всякую экзотическую живность, чтобы скучно не было. Да и эксперимент был бы интересный - ахэнн в плену мерли, как мухи от дихлофоса, а этот и так на грани, интересно было бы найти подход.

При его появлении Рин не поднял головы, но вздрогнул. Мужчина подошел ближе, без тени опасения присел рядом и спокойно сообщил:

– Через двое наших стандартных суток, эта база будет окончательно свернута и перемещена в другой квадрат.

Арестант замер, даже дышать перестал.

Чтобы не тянуть кота за яйца, Манфред так же негромко продолжил.

– Тебя я в любом случае забираю с собой.

О, а вот теперь эльфик задышал очень часто и опять начал трястись. Кажется, просто не мог уже с собой справиться.

– Мне бы не хотелось разных неприятных происшествий вроде побегов, попыток самоубийства. Поэтому предупреждаю сразу. Я придержу эту воняющую дерьмом историю, но если ты станешь доставлять проблемы, то она естественно всплывет наружу. Дерьмо, как известно, не тонет. Возникнет много вопросов. А лишние вопросы наши генералы не любят и времени у них мало, так что эту территорию, скорее всего, попросту зачистят, не утруждая себя лишними проверками. Перспективы ясны?

Эльф смотрел на него безумными от ужаса и безысходности глазами цвета серебра. Губы дрожали и кривились, и он так и не смог выдавить ни слова, только кивнул ломко.

– Вот и хорошо. Договорились. И да, кстати, - уже на пороге задержался офицер.
– Я распорядился, чтобы твоим друзьям оставили запас продовольствия. С приветом от тебя.

В его руках на мгновение появился широкий кусок ткани, бывшей когда-то по всей видимости жемчужно-белой, и в которую Рин каждый раз заворачивал полученные от солдат продукты. Пояс, который он не успел повязать обратно перед допросом, едва прикрыв наготу.... После чего мужчина вышел, оставив арестанта в шоке смотреть на захлопнувшуюся за ним дверь карцера.

Передислокация прошла более чем успешно, поэтому итоговый рапорт не нуждался в излишних подробностях, а неприятный инцидент обернулся сухой строчкой в личном деле каждого из участников с указанием нарушенного параграфа Устава. Не самого серьезного, впрочем.

Зато заталкиваемого в челнок ушастика было жаль уже всерьез: он же не солдат, не враг, всего лишь симпатичная безотказная шлюшка. И что еще мог сделать с ним особист, навестив вечерком в карцере, что парень до сих пор был практически невменяемый - как-то, знать особо никому не хотелось. Парочку палок ему кинуть с обоих сторон - это, да! В самом элитном заведении Терры-13 эльфику б цены не было! А так, что называется, - ни себе, ни людям... сука штабная! Небось, и хавчик оставил, чтоб других приманивать, когда этот сдохнет... В общем, сдали чин-чинарем, буквально из рук в руки: обер-офицер как раз беседовал у КПП со своим коллегой, с такими же молниями на воротнике.

– Манфред?
– слегка вздернул бровь оберст при виде встрепанного, грязного, измочаленного ахэнн в полном шоковом наборе и двумя конвойными.

– Небольшой психологический эксперимент, герр Даренн, - младший по званию особист позволил себе улыбнуться одними губами.
– Вы же знаете, я увлекался и по-прежнему интересуюсь наукой.

– Да, вы - достойный пример для нынешнего пополнения!
– искренне согласился оберст Даренн, разглядывая представителя Эллери Ахэ, пока того оформляли дежурные.
– Хотелось бы, чтобы наша молодежь, так же четко и тонко понимала возложенные на нее задачи.

– Не льстите мне так откровенно, герр Даренн, - офицер Манфред усмехнулся чуть более явно.
– Здесь скучно в последнее время, а мне бы не хотелось терять квалификацию за просмотром масс-медиа.

От его небрежного замечания, - дежурного на пульте передернуло, отчего флигерр ошибся с паролем и пришлось повторять его заново.

– Что значит настоящий профессионализм!
– восхитился в свою очередь оберст Даренн, и рассеянно заметил.
– А он довольно хорош собой... если конечно отмыть. Когда закончите, и если он еще будет... ээ... пригоден, сделаете любезность, известите?

– Я пока не могу гарантировать... итог, - Манфред слегка наклонил голову, перебрав пальцы сложенных за спиной рук.

– Понимаю, - согласился оберст без особого сожаления.
– Честь имею.

Спасительный туман опустился вниз душной пеленой, отсекая от прежней жизни. От жизни вообще... Жуткий человек в черном с молниями на воротнике, сделал все так, как сказал. Пристегнутый их оковами к переборке Рин видел как место его позора, его боли - обращается в прах. Если они делают это с собственными домами, то что ждет чужие...