Между друзьями воцарилась тишина. Все смотрели на Беллу, тем временем она продолжала:

— В любом случае, если бы он хотел убить тебя, Гарри, он мог бы сделать это ещё в поезде, ведь новые преподаватели, обычно, едут в поезде, вместе с учениками, значит и Реддл ехал, но убивать тебя не стал. Зачем же на самом деле он здесь — мы сможем понять, только наблюдая, самый разумный вариант — сделать вид, что нам ничего не известно.

— Это ведь опасно для Гарри, — попыталась возразить Гермиона,

– Нет, если мы не будем высовываться, будем обычными студентами, это не будет так опасно, просто, ему не стоит ходить одному, мы будем на чеку, каждый день, тогда узнаем, что Реддлу понадобилось в школе, — Джинни смотрела на Гарри, полная решимости, Белла даже отметила, что ей немного стыдно, буквально несколько часов назад, Гарри просил её встречаться с ним, а Джинни так поддерживает её, по-сути, свою прямую соперницу.

Тем временем Дамблдор уже говорил свою приветственную речь, однако, Долорес Амбридж перебила его, чем вызвала всеобщее негодование.

— Что-то мне подсказывает, что генеральный инспектор — проблема похуже Реддла, — процедила Белла, глядя на то, как Амбридж ухмыляется своей мерзкой жабьей улыбкой.

— Похоже, характером она такая же гадкая, как внешностью, — гоготнул Рон.

— Не знаю, на что похоже, но год будет тот ещё., — Белла отвернулась от учительского стола, — Надоело мне смотреть, давайте, наконец, поедим, а то, у меня в желудке будто стая китов поселилась.

Блюда, как всегда, ломились от еды, различные салаты, запечённое, жареное мясо, куриные крылышки, тыквенный сок, картофельные треугольники и чудесные тарталетки с кремом. Рон, нагрузил целую тарелку, припрятав в карманы мантии пару горстей лакричных конфет, а девочки ограничились салатами.

— Я пойду в гостиную, встретимся там, — сказал Гарри, доедая эклер, — Что-то аппетита совсем нет от таких новостей, надо всё обдумать и успокоиться. С этими словами он поднялся с места и удалился из Большого зала, оставив друзей одних.

Гермиона печально смотрела ему в след, а затем попыталась завязать разговор с Роном, что получилось довольно криво, ведь рот последнего оказался набит салатом из креветок. Вскоре Гермиона убежала помогать первокурсникам и утащила с собой Рона, заявив, что без него никак не справится. Пир подходил к концу, Белла, мерно отпивая тыквенный сок из стакана, наблюдала за студентами. Вот Парвати Патил и Лаванда Браун, заинтересованно разглядывают мнимого Томаса Райта, как отметила Белла, многие девушки откровенно пялились на него, что ж, она была права, внимание «слабого пола», Реддлу обеспечено, впрочем, не удивительно, она сама, к собственному стыду, находила в нём нечто притягательное, осознание того, сколькими знаниями он мог бы поделиться, будоражило её рассудок, да и не только это, невольно, девушка понимала, что его внешность привлекает не меньше: абсолютное спокойствие, в то же время эти безумные огни в глазах, казалось, он прямо сейчас может вскочить и начать метать заклятия направо и налево, но он оставался почти неподвижным, а движения были плавными и осторожными, словно у крадущейся лисы.

За этими мыслями прошло время, Большой зал стал пустеть, студенты расходились по общежитиям факультетов. Некоторые всё ещё сидели за столами и обсуждали события летних каникул, пару раз Белла расслышала слова «Гарри Поттер» и «Ежедневный Пророк». Профессора тоже стали расходиться, Дамблдор, пожелав всем хорошего вечера, удалился первым, при этом он не удостоил Реддла даже взглядом. Последний, в свою очередь, будто не заметил директора. Взгляд его был прикован к драконорожденной. «Что в твоей голове, Джонс, о чём ты думаешь, почему сидишь одна?» Том Реддл был раздражён, весь вечер он пытался пробраться к ней в голову, но, к его великому удивлению — абсолютно безуспешно, впрочем, до этого момента ему никогда не приходилось сталкиваться с драконорожденными. За крайний месяц Том перечитал кучу книг, касательно волшебников с драконьей кровью и пришёл к выводу, что этот удивительный феномен достоин самого пристального внимания. В одной из книг упоминался волшебник, некий Рой Лодрейд, который выигрывал поединки против превосходящего числа противников, при этом даже не используя волшебную палочку. С тех пор мисс Джонс стала его целью номер один, даже охота на Гарри теперь не так интересовала его.

Сама же Белла ощущала на себе пристальный взгляд, а ещё странное чувство, которое преследовало её весь вечер, будто её сознание пытается выскользнуть, такое чувство бывает перед тем, как засыпаешь. Впрочем, она списала всё на усталость. Девушка мельком глянула на Реддла, к неожиданности, она встретилась с его прямым взглядом, не ощутив при этом ничего неприятного. Новоиспечённый профессор слегка улыбнулся ей и поднял бокал, будто в её честь, от чего девушка несколько смутилась.

— Он душка, верно? , — пропел возле неё сладкий голосок Лаванды Браун. Белла от этого подскочила на месте, резко обернувшись, чем вызвала заливистый смех блондинки Браун.

– Что смешного?

— Ничего, Белла, прости, не думала, что тебя напугаю. Я про нового преподавателя, он милашка, правда? , — Большие глаза Лаванды игриво сияли. Правда, вот сияние разума было трудно различить в них.

— Несомненно, — процедила Белла сквозь зубы, поднимаясь с места. Ей вовсе не хотелось оставаться в обществе Лаванды и подобных ей девушек, а тем более обсуждать «очаровашку-профессора». Не попрощавшись, она вышла из Большого зала. Коридоры оказались полупустыми, свет факелов мерцает на стенах, за окном — тихий вечер. До комендантского часа оставалось ещё около сорока минут, «Торопиться некуда», — подумала Белла, выходя в открытый коридор, ведущий к теплицам травологии. Приятный вечерний воздух окутал её, сладкий привкус одиночества, она просто стояла и смотрела во двор, наслаждаясь вечером. Гнетущие ощущения отпустили её, теперь казалось, что если бы она обладала крыльями, то могла бы взмыть ввысь, в эту сумеречную, лёгкую темноту. Студенты изредка проходили мимо, оглядываясь с интересом, они так и не смогли привыкнуть к тому, что эта удивительная девушка почти всегда одна. Стереотипы подсказывали им, что такие девушки должны быть окружены толпами поклонников и шумных подруг.

Позже, подходя к общежитию Гриффиндора, Белла услышала громкий спор за портретом Полной дамы.

— Какие ещё вопросы к Гарри? Никаких? Отлично! , — голос Рона раскатился по гостиной и Белла заметила край его мантии, скрывающийся на лестнице, ведущей в спальню мальчиков.

— Вы видели? Слышали, что он вообще несёт, он — сумасшедший, это очевидно! , — вещал Симус.

— Помолчал бы ты, Финиган, — одёрнул его Фред.

Чем дело закончится, Белле смотреть совершенно не хотелось, поэтому, она незаметно проскользнула на лестницу, ведущую в комнаты девочек.