– Ребята, там Волчициной плохо! — прокричал он с порога.

Я рванул к лаборатории первым, Карен, Сапар и Странник умудрились запутаться в дверях, но вскоре присоединились ко мне. К счастью, бежать было недалеко, и я влетел в лабораторию. Наталья лежала на полу, без сознания. Её дыхание было слабым, грудь еле поднималась и опускалась.

– Сапар, помоги мне! — сказал я.

Мы схватили Наталью и потащили её в госпиталь. Он находился в двух дверях от лаборатории, но мы с Сапаром немного устали, так как Наталья всё же была далеко не худенькой. Положив молодую женщину на стол, я запустил кибердока. Тот мгновенно начал сканировать Волчицину. Я стоял и ждал результатов. Это был один из тех моментов, когда и хотел бы помочь, но просто не можешь. Да, каждый из нас умел оказывать первую помощь, каждый мог спасти чью-то жизнь, но вот так, когда человек теряет сознание без каких бы то ни было видимых причин, сделать что-то было весьма затруднительно.

Наконец, кибердок сделал все необходимые анализы, что-то вколол Наталье, после чего вывел отчёт в двух видах, на монитор и на принтер. Я оторвал ленту и стал читать. По всем признакам выходила типичная наркотическая «ломка», но, насколько я знал Наталью, она не принимала наркотиков. Впрочем, всё было понятно и так — это сработал тот самый наркотик, благодаря которому удалось зомбировать всё население «шарика». Аппарат вывел рекомендации для Натальи. Среди них была полная очистка крови. Для кибердока это было довольно простым делом, и он принялся за дело. Ему понадобилось двадцать минут на то, чтобы завершить процедуру. Также, аппарат показал, что, несмотря на то, что наркотика в крови Натальи больше не будет, кое-какие последствия у неё всё же останутся. И список этих последствий. Прочитав его, я побледнел и подозвал Карен.

– Что такое, командир? — спросила девушка.

– Тут показана вот такая ерунда, — я показал ей распечатку…

– Ох, ну и ни фига себе…

А написано там было следующее — «В силу индивидуальных особенностей организма, пациент будет страдать от сильной сексуальной неудовлетворённости»…

– Ну и что делать будем? — спросил я.

– Искать ей партнёра какого-нибудь, — усмехнулась Карен. — Ты не в курсе, там у неё кто-то был?

– Боюсь, что нет. Она там довольно часто ходила такая… Неудовлетворённая… Может, в группе Странника кто заинтересуется?

– Надо будет поговорить с ним… Или решить эту проблему как-то ещё…

Страннику я разъяснил проблему в тот же день. Про Волчицину он знал, и знал, что человек она неплохой. К сожалению, наш специалист была немного не в его вкусе, но, он пообещал поговорить со своими людьми.

– А если не найдётся добровольцев? — спросил я.

– Ну, в таком случае, я их назначу, — усмехнулся мой друг.

Странник обещал мне решить проблему, к тому моменту, как Волчицина придёт в себя. Это было хорошо…

Прошло два с половиной часа, мы занимались тем, что думали, как ускорить работу над поисками. Наконец, зажглась сигнальная лампа, которая оповестила нас о том, что Волчицина пришла в себя. Мы с Карен и Сапаром прошли в госпиталь. Молодая женщина лежала на кровати и смотрела на нас.

– Что со мной было? Как я сюда попала?

– Вы потеряли сознание, Наталья Владимировна. Кибердок сказал, что это от того, что Вы слишком долго не получали наркотика. Вот, как говорится, оно и проявилось.

– То есть, это дело находится в чём-то, что я употребляла на работе, но не употребляю здесь… Что бы это могло быль? Хорошая идея… Алексей, можно попросить тебя об одном деле?

– О каком?

– Надо привезти мне образцы продуктов из магазинов города. Из простых и из элитных. Уверена, что бы это ни было — оно есть и там и там…

– Хорошо. Сделаю…

Так как стояло начало марта, погода иногда отмачивала сюрпризы вроде того, как сегодня. Валил снег, причём такой сильный, что ничего не было видно буквально в двух шагах от себя. Естественно, что в Пензе просто остановилась вся жизнь. Но, для десантного катера, которым был укомплектован «Невидимка», такая погода вовсе не была непреодолимым препятствием. Скорее, даже наоборот — разного рода системы раннего предупреждения его не брали, а увидеть его при таких условиях визуально было несколько затруднительно. Так что, посадив Сапара «правой табуреткой», я вылетел в город.

Пока Сапар вёл катер, я размышлял. Размышлял о том, как мы будем бороться дальше. Хорошо, Наталья нашла наркотик. Пусть даже, нам удастся синтезировать антидот. А что дальше? Я вовсе не был уверен, что городское правительство разрешит нам раздать людям этот антидот, чтобы они помогли нам в нашей борьбе. И как вообще использовать этот антидот? И как объяснить людям, что мы пришли им помочь, а правительство и все прочие начальники врут им? В общем, проблем было выше крыши, и способа их решения я пока что не видел…

– Сапар, — сказал я. — Работать будем так: ты зависаешь примерно на пяти-шести метрах, я спускаюсь на тросе и иду до ближайшего магазина. Закупаю там всё, что надо, после чего возвращаюсь. Лады?

– Принято, командир.

– Ну, тогда поехали…

Сапар пробрался в Пензу что называется, ювелирно — там, где надо было идти на малой высоте, он чуть ли не на брюхе катера прополз. Пять или шесть метров высоты — это хорошо для тех районов, где нет никакого движения, так как всё же, хоть Пензу и парализовало, всё равно, катер мог кто-нибудь заметить. Так что, Сапар сделал небольшое предложение.