Он снова уходит от неё в печальной задумчивости. Как бы то ни было, она станет его женой. Может быть, когда они снова окажутся наедине в Орлином Гнезде, у него будет больше шансов растопить её холодность и снова завоевать её доверие…

Иные бы взяли Джона Сноу! Было бы проще, если бы он смог сам убедить свою сестру. Петиру бы очень хотелось, чтобы его невеста перестала наконец смотреть на него, как на заклятого врага. Более того, из-за условия, которое поставил король, теперь и сама свадьба под угрозой… А Джон упёрся.

С той памятной встречи в богороще прошло три дня. За эти дни король не сказал Петиру больше ни слова без крайней надобности — к немалому облегчению Давоса, Гловера и разных прочих Мандерли. Но когда Джон думает, что его никто не видит, он бросает на лорда-протектора жгучие, тоскливые взгляды. Жаль только, что любовное томление не делает его более уступчивым. Но лорд Бейлиш не менее упрям, чем мальчишка Сноу. Он готов подождать. Ещё одна неделя, полторы, и, может быть, юный король станет более покладистым? Петир привык играть теми картами, которые сдает ему жизнь. Отыграется и в этот раз.

Лорд Бейлиш направляется в свои покои, чтобы всё обдумать.

Но его неприятности на сегодня ещё не закончены. В комнате, на кровати Петира сидит Арья Старк. Он останавливается на пороге, как вкопанный. Потом поспешно запирает дверь.

– Что ты здесь делаешь?
– шипит он ей громкий шёпотом, - Средь бела дня! Тебя могли увидеть!

– Меня никто не видел, - отвечает она бесцветным голосом.

Что-то не так с девочкой, думает Петир, что-то с ней происходит, что-то пугающее, что грозит ему опасностью. Он с тревогой вглядывается в её бледное, осунувшееся лицо, замечает тусклый, безжизненный взгляд, круги под глазами, нервные губы, руки, неподвижно и вяло лежащие на коленях, ссутулившиеся плечи и всю фигуру — маленькую, хрупкую, совсем детскую, беззащитную…

– Что случилось?
– спрашивает он, внутренне холодея.

У неё в руках нет кинжала, и на поясе его не видно. Но что-то у неё должно быть с собой. Что-то, чем она собирается его сейчас убить…

– Что с тобой, Арья? На тебе лица нет!

Сейчас главное понять, что происходит, тянуть время.

– Тебе нужна помощь! Хочешь, я позову кого-нибудь?
– он делает шаг назад и отпирает засов на двери, но открыть её не успевает.

Кинжал вонзается в косяк в паре дюймов от его головы.

– Отойди от двери и сядь, - говорит она всё тем же мёртвым голосом.

Петир осторожно подходит к креслу — самому дальнему от неё — и садится. Смотрит выжидательно.

Взгляд серых глаз упирается в него. В них нет ненависти, только боль. Вот она — плещется, грозясь выплеснуться наружу, жгучая и невыносимая. Что-то серьезное должно было случиться, чтобы она…

– Я вас видела, - говорит она почти шёпотом, - Тебя и Джона. В богороще.

Кровь отливает у Петира от лица. Сердце, кажется, вот-вот остановится. Это плохо, что она их видела, это очень плохо! Глупо было идти в богорощу! Как глупо! Весь тот день встает в памяти. Что именно она видела? Сколько из того разговора услышала? Что могла подумать? Мысли и идеи сменяют друг друга с бешеной скоростью.

– Понимаю…- тихо говорит Бейлиш, глядя в глаза своей смерти, - Тебя это расстроило?

У неё дёргается рот, лицо искажается в болезненной гримасе, и на мгновенье он думает, что выбрал неправильную тактику, и теперь у него уже нет времени всё исправить… Но она берет себя в руки.

– Расссссстроило?
– произносит она со свистом, - Да, можно сказать, что меня это расстроило. То, что ты делал с моим братом…

– Прости, что говорю это, но делал не я, а он… - прежде чем она успевает наброситься на него, Петир поднимает руки, прося возможности пояснить, - Тебе, наверное, не часто доводилось такое видеть…

– Не часто!
– она фыркает.

– … но… как бы мне это тебе объяснить?.. Взрослые мужчины, лишенные женского общества, иногда вынуждены прибегать к различным подобным способам для облегчения телесного напряжения. Джон может быть король и твой брат, но он прежде всего мужчина. К тому же он был братом Ночного Дозора, а у них часто не бывает другого выхода. Это в некоторой степени для него привычка… Мне жаль, что тебе пришлось застать его в минуту слабости.

Она смотрит на него в неверием. Хмурится, вглядываясь в его лицо. Если она ищет следы лжи, то ей их не найти. Петир сказал ей правду и дальше намерен говорить правду. Почти. Не всю. Всего ей знать необязательно.

– Ты достаточно взрослая и много повидала, - продолжает он, - Я скажу тебе всё, как есть… Видишь ли, Джон отказывает обращаться к услугам шлюх или спать со служанками, чтобы уменьшить свои страдания. Будучи сам бастардом, он не хочет случайно стать причиной рождения ещё одного бастарда.

Это звучит убедительно. Она верит. Это так похоже на маленького благородного Джона…

– К тому же, после встречи с королевой Дейнерис, он чувствует, что было бы нечестным по отношению к ней спать с другой женщиной…