— Третий пункт устава, — напомнил робот.

— Да пошел ты со своим пунктом и уставом! Зверю о нем расскажи!

— Зверю?

— Ничего прозвище, да? Многообещающее.

— Я бы сказал: в полной мере отображающее личность.

Стася плечами передернула, бродить мимо Кира начала и вслух свои мысли излагать:

— Если здесь есть двойник Теофила, был мой двойник, значит, есть двойник Чижа.

— Или был, как твой.

— Есть!… Извини. Надо поискать.

— Уходим?

— Нет, сначала надо людям помочь. Вилы, конечно, хорошо, но против зверья с ними не попрешь, не тот вариант. Вооружить мужчин надо, научить мечами владеть, стрелы с луками сделать, обучить хоть молодь вон.

— На обучение месяц уйдет, не меньше, и то, если староста противиться не станет. Ставра ты видела, общалась — не простак. Уговорить его на реорганизацию ума населения так же просто, как тополь у дороги.

— Ты останешься, а я пойду. Договоримся где-нибудь встретиться.

— Сейчас! Где, например, ты встречаться со мной собралась? Карта местности есть?

— Нет. Что ты предложишь?

— Со Ставром для начала поговорить, а там ясно будет. Скажет «добро» — работаем. Месяц подождешь. Нет — уходим. Но что первое, что второе — вместе.

— Нельзя просто так уходить, не по-человечьи, ждать же я не могу.

— Знаю, Чиж твой паранойей машет. Но давай здраво рассудим: в деревне жили до нас без нас и о военизированной гвардии не помышляли. И уйдем мы или нет, ничего не изменится, а начни обучение — поменяем их жизнь. К лучшему, худшему — вопрос риторический. Анализатора и статистики у меня нет, поэтому предполагать можно что угодно. Но измени что-то в их укладе, пойдет цепная реакция — закон. И изменения будут здесь, у нас, в других параллелях. Оно надо, учитывая вариант непредсказуемости?

Стася к бревнам прислонилась, расстроившись: прав Кир, но как с правотой его сжиться? А тот не унимается:

— Твой Николай Чиж…

— Чижов.

— Разница? Допустим. Теофила видел. Здесь его кличут Зверем. Показательно. И деяние рук его ты тоже видела. Чудный экземпляр. Но насколько я понял из разговора о нем, его двойник был "галантным кавалером", к тому же катаром. Из чего следует, что он был способен на убийство лишь в состоянии высшего накала, а также во имя и только гипотетических злодеев. Цепочку аналогий к Чижу проведешь сама?

— Тео — Чиж и в технократии человеком оставался, а Теофил там уже значительно изменился. Так что теория о целостности личности насчет Николая остается единственно верной.

— Хорошо. Как насчет другого аспекта? Тео погиб, Чижов, как бы ты не отодвигала факт — скорее всего тоже умер. Что из того следует? А если не ходить далеко и посмотреть на тебя и твоих двойников? Новобрачная представилась, Аржаков?

— Погиб.

Кир развел руками:

— Вывод сам напрашивается и лихорадка, от которой ты чуть не представилась, уже не удивляет.

Стася поморщилась: прав, как не смотри, прав. Но как же неприятна эта правда!

— Тяжело быть роботом.

— Или человеком?

— Вот в этом мы с тобой и разнимся.

— Цели должны быть разумными и оправданными.

— Как насчет сердца?

— Это всего лишь орган.

— Паршиво звучит.

— Что есть. Подводя итог, мы возвращаемся к моему предложению. Ставра я уговорю, может не за раз, но смогу. Система защиты никому не мешала и не помешает, а он человек разумный, должен это понять. Ну, а насчет бежать сломя голову за призраком Чижа — ответ отрицательный. Но уходить надо. Ермол не простой паренек.

— Он уже дал это понять. Сказал, что ты нерадивый слуга, а вот он! О-о! Грезит мальчик Великими подвигами.

— И лаврами фаворита, — широко улыбнулся Кир, свысока глянув на Стасю.

— В сподвижники набивается!

— Не-е-а! Я взгляды его на тебя сразу приметил, влечение в них и корысть. Помаялся, видать, малыш, и решил: отчего бы сразу двух зайцев не поймать? Дурачок, — хохотнул. — Но направление мысли верное. Если ты на местную княжну настолько похожа, отчего бы этим не воспользоваться?

— Маленькую революцию под стягом Ямены не устроить?

— Вот именно. То тебе не деревенских мужиков вооружать в масштабах одной деревни. Смешно, вдуматься. Пару атак в лучшем случае и конец волонтерам, а скорее всего и одной хватит — побросают луки и мечи и в лес сиганут. Солдатами рождаются — ни чести, ни доблести не научишь. А они пахари. Их мирок эта деревенька и другая их не волнует. Так что лозунги: "за светлое будущее" и "долой террор Арлана" — не пройдут.

— Пусть хоть за себя постоять научатся.