Из магазина вышла старушка с тростью и, пройдя до киоска с прессой, открыла дверь, забралась внутрь. Лицо у женщины было отрешенным, взгляд пустым. Она мазнула по стоящим перед лотком людям и будто не увидела их, беспорядок, что они учинили на ее рабочем месте. Спокойно открыла журнал «Глория» и углубилась в чтение.

Кир помолчал и открыл дверцу:

— Поехали отсюда. Не нравится мне этот город. Мистикой от него несет. Не люди — призраки.

Стася была с ним согласна и хотела покинуть город не меньше Кира.

Они дали старт с места и, не обращая внимания на светофоры, ушли из города в рекордные сроки. Многоэтажки и широкая автотрасса остались далеко позади, и дорога постепенно стала хуже, уже и вот превратилась в проселочную, потом вовсе оборвалась. Машина заглохла в очередном лесу, на этот раз, сосновом бору.

— Придется ножками, — вылез из кабриолета Кир, в сердцах грохнув дверцей.

— Не злись: ножками так ножками.

— Я не из-за этого. Параллель не нравится. Насчет «духовного» не знаю, а что этот мир ненормальный, это точно.

— Я слышала, что такое бывает, когда на одной плоскости стыкуются разные временные зоны. Ренат рассказывал… ты его не знал. Он погиб, давно… В общем, он рассказывал, что студентом в такую дыру попал. Сутки шатался, не зная, что делать, а потом его обратно само втянуло. Когда вернулся, оказалось, не сутки пропадал — десять дней… Правда при нем были хрономер и переходник.

— А у нас только руки, ноги и головы.

— Тоже немало.

— Стой! — вдруг потянул ее за рукав Кир, прижал к дереву. — Слышишь?

Кто-то бежал, ломая сучья, и направлялся прямо к гостям. Пара спешно нырнула в кусты и затихла, а на прогалину меж сосен вылетела самая настоящая маленькая мартышка. За ней с рыком выскочил лохматый человек в шкуре и с каменным топором в руке. Они пронеслись мимо патрульных и скрылись из вида.

Стася осела на мох у корней сосны и с беспокойством посмотрела в глаза не менее растерянного и удрученного робота:

— Что это за хрянь?

— А?.. М-мм… — и осел, потер висок.

— Может мы сошли с ума?

— Вдвоем? Мимо. Я не смогу сойти с ума, даже если сильно захочу, даже если закоротит плату в голове.

— Как насчет меня? Я ничего не понимаю.

— Идентично.

— Но должно же быть объяснение всей этой фантасмагории?

— Не удивлюсь, если суть происходящего нам объяснит динозавр.

— Я бы предпочла человека.

— Солидарен, но менее оптимистично настроен. По теории вероятности, имея данные за три дня, вероятность встретить нормального человека равна вероятности встречи с древним ящером.

Мужчина и женщина задумались, но ни к чему прийти так и не смогли.

— Бред. Как не крути, что не думай — бред. Горячка какая-то! И все-таки в этом хаосе должна быть какая-то закономерность. Иначе не бывает. Законы аттракторов действуют вне зависимости от места и времени.

Кир глянул на нее, как на бредившую, и встал.

— Буду рад послушать выкладки, но с трезвой оценкой и фактами.

— Фактов хоть отбавляй, — вздохнула Стася. — С трезвым мышлением хуже.

— Тогда идем молча.

— Не хочешь стать завтраком рептилии?

— Ты догадлива.

Пара углубилась в чащу, осторожно ступая по пожухлой траве. Папоротник по грудь и гигантские деревья настораживали. И Кир, и Стася в любую минуту были готовы встретить какого-нибудь древнего животного из формуляра палеонтолога, но чаша сия их миновала.

К вечеру они вышли к деревушке у пруда.

Мазанки выглядели абсолютно индифферентными, но это ничего не значило. Опыт предыдущих встреч говорил, что внешний антураж может оказаться обманчивым.

— Здесь останемся, — предложила Стася, оглядывая тихую деревушку, белые убогие домишки с покрытыми соломой крышами.

— Тебе нужен полноценный отдых и ужин.

— Про душ забыл.

— Не помешает. Но питание и отдых важнее — выглядишь паршиво.

Она и чувствовала себя соответственно. Было душно, тело ломило и ныло, будто она сделала марш-бросок с северного полюса на южный за двадцать четыре часа.

— Оставайся здесь, — постановил Кир. Просканировав территорию селенья, он не выявил признаков опасности, но все же опасался. — Я на разведку и за провиантом. Надеюсь, повезет.