– Да, - задумчиво протянул Ник, - а говоришь про лес нет историй. Зато про горы толком ничего и не рассказал.

– Да успеем еще, - отмахнулся Максимилиан, - что про них рассказывать, в них идти надо.

– О, десятник зовет, пошли лагерь на обед разбивать - навострил уши Ник.

Так момент за моментом, задание за заданием Максимилиан постепенно становился в компании рейнджеров своим.

В это время в Листве, Ната увлеклась зельеварением и во всю экспериментировала на Костяне. Подчас получались такие настойки, что весь мельдоний мира казался по сравнению с Натиными склянками жалкой аскорбинкой. Костян развивал скорость под 80 км в час, чувствуя, как трещат сухожилия и рвутся мышцы, уворачивался от стрел трех лучников, издеваясь над своим телом, но Ната с помощью двух друидов за вечер ставила Костяна на ноги. Поначалу его это сильно бесило, он ощущал себя подопытном кроликом, но на третий день экспериментом смирился. Вся эта игра в безумного алхимика помогала ему справится с перепадами настроения и непонятными позывами души рвать всех и вся голыми руками.

У костяна было такое ощущение, будто в его душу воткнули острый лом с железными заусенцами и старательно его там раскачивали. Пару раз он все-таки находил светляка и прикасался к нему, но весь список возможных классов вызывал внутри души такое отвращение, что парня аж мутило. Эльфы перестали устраивать с берсеркером дружеские поединки. Их пугало с какой легкостью человек отрывает головы и конечности древесным созданиям. Это было ненормально. Максимилиан с Натой тоже беспокоились, но выражалось это у них по-разному, Макс пропадал в лесу, чтоб не лезть другу под кожу, Ната пыталась найти лекарство. В тот день, когда Максимилиан ушел с отрядом рейнджеров на разведку, а Костян вновь пытал счастья у светляков, еле-еле справляясь с тошнотой и бешенством к Нате подошёл один из друидов.

– Ты понимаешь, что происходит с твоим другом?
– ласково спросил он её.

Ната упрямо помотала головой, хотя весь ее опыт, подчерпнутый из земных фильмов, говорил об обратном.

– Он не может найти себе места. Люди в таком состоянии склоны к необдуманным поступкам.

– Но почему так получается? Ведь его никто не кусал!
– не сдержалась Ната.

– Древо его знает, деточка, - вздохнул старец, - я не могу понять, что вызвало такой дикий катализ. Причем у тебя и вашего друга-лучника это тоже проявляется.

– В смысле, - не поняла девушка.

– Дочка, ты по силе сейчас на голову превосходишь меня, а я посвятил себя Лесу с пятнадцати лет. Может ты и самородок, но ты слишком сильная, такое бывает очень редко в самых уникальных случаях.

– Например?
– боясь ответа все-таки спросила Ната.

– Посвящение богине, какой-то особый ритуал, единение с духом Леса, я не знаю, может быть много вариантов и ни один из них не подходит вам.

– Почему?

– Потому что все, о чем я тебе сейчас рассказал, описано в легендах и на моей памяти ни с кем не случалось.

– Так или иначе, если Костян не справится и потеряет свою человеческую сущность, нам придется позаботиться о нем.

В тот день Ната проплакал в лесу несколько часов, а затем с упорством маньяка начала варить зелье за зельем. Ей, городской девушке остро не хватало радио или музыки и она, занимаясь приготовлением снадобий мурлыкала любимые мелодии себе под нос. В какой-то момент, увлекшись приготовлением зелья невидимости, а точнее зелья-хамелеона, меняющего цвет кожи под окружающую действительность, она поймала себя на мысли, что давно не напевает мелодию, но та звучит у нее в голове. Решив поэкспериментировать Ната послала ее в сторону валяющегося на солнышке перед очередным приемом очередного зелья Костяна. Эффект превзошел все ожидания. Парень подпрыгнул и принялся оглядываться по сторонам. Покружи по поляне он подбежал к еле сдерживающейся чтоб не захохотать Нате.

– Слышь, Нат, у меня, короче, - замялся он, но, выдохнув все же произнес, - у меня в голове музыка играет, прикинь? Мне похоже лечиться надо.

– Расслабься, здоровяк, - она ткнула его своим маленьким кулачком в железное плечо, это я с тобой как бы поделилась.

Парень ощутимо расслабился:

– Дура ты, Натка, зачем так пугаешь

– Ну, прости, Кость, я как лучше хотела, - протянула Ната

– Да лан, все норм, - мгновенно отошел Костян, слушай, а можешь что-нибудь из Арии, а?

– Не знаю, - озадачено протянула Ната, - сейчас попробую.

Вызвав в памяти густой и сильный голос Кипелова, Ната, погрузившись в музыку, позволив ей кутать себя и воспарить на крыльях свободы куда-то вверх, выплеснула ее из себя.

– О, круто, - закричал парень и начала фальшиво подпевать, - 'Словно птица в небесаааах'

Наоравшись вволю Костян с серьезным видом попросил девушку отправить песню Максимилиану.

– Кость, ты че, сдурел? Я тебе Телеграмм что ли? Или ВК? Отправь говорит. Как я тебе отправлю, я сама даже не знаю как у меня получается тебе транслировать, а ты говоришь Максимилиаааану, - передразнила она Костю, потянув последние гласные.

– Ну Ната, ну придумай что-нибудь, ты же такая умная, классная, милая, он должен услышать эту песню, вот прям щас!

Спустя полчаса поддавшись уговорам Костяна, который рогом уперся в идею радио-фм, Ната начала вслух рассуждать как это сделать:

– Может представить Максимилаина и музыку послушать? Чтоб как будто образы сошлись? Да не, бред какой-то. Или может ...Да нет, .. а хотя..

Кстян не выдержав сказал, - слушай, вот ты как мне послала, так и ему пошли.

– Дак я как будто камень в воду бросила, и круги от него пошли, а волну на тебя направила.