Теперь с предметами я могла не торопиться так, как в Хогвартсе — потому что у меня не было мотивации закончить всё до седьмого года обучения Золотой троицы. Но одновременно я всё равно стала успевать больше. Возможно, потому что не было уроков, на которые я теряла бы время, или потому что теперь я постоянно была в одиночестве, а когда не была, могла мило поболтать с соседями. Друзей пока не заводила — не хотелось. Те же Гарри, Гермиона, Драко и куда как больше тёплые, чем планировалось, отношения с Чарли, Лорой и Снейпом завелись сами.

Будет ложью сказать, что я жалела о своём поступке, но какую-то смутную вину перед этими людьми чувствовала. С одной стороны, останься я в Англии, я бы могла как-нибудь помочь; Снейп в канонном развитии событий вообще может умереть, а что станет с Лорой, мне неизвестно. С другой же стороны, останься я в Англии… я бы осталась в Англии. Со всем этим её презрением к магическим существам и разгорающимся конфликтом с Пожирателями. К началу седьмой книги Волдеморт уже почти захватил Министерство, а значит, и больница была бы не за горами. Какой вывод? Меня всё равно бы использовали, как ингредиенты, а ко времени битвы за Хогвартс — ещё и как оружие.

Но всё-таки было… неловко. Наверное, лучшее слово. Наверное, из-за таких вот неловкостей, которые нельзя было не предчувствовать, я и держалась отстранённо. Не помогло, к сожалению.

Летом девяносто седьмого года я уже присмотрела себе будущее место работы и сдала местный аналог ЖАБА по зельеварению, нумерологии и — всё-таки пришлось, хотя не хотелось, глупый какой-то предмет — маггловедению. Оставалось только досдать историю магии, дождаться результатов, поступить или не поступить на работу и начать нормально жить, а не рыться весь день в книгах. Я постучала ручкой по столу, разглядывая газету, в которой трубили о смерти великого волшебника Альбуса Дамблдора.

События в Англии были для всего остального мира эдаким театральным представлением: а что на этот раз? Справятся? Или нет, и придётся всё же устранять угрозу?

Меня теперь эта угроза не затрагивала. А если носить длинные рукава и скрывать уши отросшими волосами, то на странные глаза волшебники реагировали пофигистично. Стоило рассказать им берущую за душу историю того, как кинула волосок кошки в оборотное зелье папы-аврора и выпила, а полностью избавить меня от последствий не смогли, так вообще сочувствовали и к закрытой одежде относились с пониманием.

Вывод? Жизнь налаживалась.

========== Глава одиннадцатая, в которой героиня становится жертвой ==========

Тот самый минус румынских магических улиц, о котором умолчал Милош, был найден довольно быстро: малочисленные проходы между этими самыми улицами. Нет, в обычное время всё было нормально, места всем хватало. Но вот утром, когда люди спешили на работу, и вечером, когда спешили домой, нужно было с десяток минут простоять в очереди, потому как из жилых районов все направлялись или в рабочий, или в торговый — в общем, зарабатывать деньги.

Я никогда не любила толпы людей. Ни до попадания в этот мир, ни уж тем более после, так что эти десять минут были для меня неприятным испытанием, сложность которого иногда варьировалась: от обычной до повышенной, когда какой-нибудь сосед по несчастью оказывался излишне болтливым. Но чаще мне всё-таки везло, и в рабочий район я попадала без навязчивых собеседников.

Министерство в Румынии имело не только наземные этажи, оно уходило ещё и вниз. В общей сложности получалось восемь — четыре в одну сторону, четыре в другую. На нижних этажах были расположены секретные или просто очень нежелательные для чужого вмешательства отделы: отдел Тайн, аврорат, отдел магического правопорядка, кабинет Министра Магии. Мне нужно было именно туда, на минус третий, в офисы аврората.

Глупо считать, что этот отдел состоит из одних лишь боевиков и стажеров. А как же штатные колдомедики, которые и вылечат, и добить кого-нибудь помогут бравым аврорам? А как же аналитики — те, кто скажет этим самым аврорам, куда идти и кого бить? И как бы этих самых аналитиков было не больше, чем боевых магов. Обыватели их почти не замечают, велико ли дело — сидеть в кабинете, писать бумажки и в случае чрезвычайной ситуации устраивать мозговой штурм? А вот сами авроры всегда на виду. Понятное дело, что не тупые исполнители, им тоже надо уметь ориентироваться по ситуации, но основной тон всем заданиям задают именно аналитики.

Как уже, наверное, понятно, я входила в их число. Возможно, у меня бы получилось быть аврором — кое-кто, знающий о моей «чешуйчатой» проблеме, — вспомнив Люпина, я долго веселилась и отныне решала называть это именно так, — почти однозначно намекал на такое развитие ситуации. Мол, разрушительная магия, а что контролируется плохо — так это ничего, будем отправлять вас только на те задания, что требуют силовых методов, и никто жаловаться не будет.

Понятное дело, что тогда обо мне все бы знали. Глава аврората ни секунды бы не раздумывал перед тем, как создать себе репутацию человека, у которого в подчинении находится дракон. И этот дракон может сжечь всех преступников. Чисто случайно, конечно же. От небольшого контроля. Предвидя это, я мягко отказалась, так как присмотрела себе место ещё сдавая экзамены и разговаривая с немногочисленными знакомыми. Соседи, несколько приятных людей, которых я встретила в разных кварталах, миссис Янку — она оказалось очень приятной женщиной, чуть напоминающей Лору. А вот Милоша я если и встречала, то только в коридорах Министерства.