Хэйли знала, что рано или поздно это всплывёт. Но готова к этому не была. А к отповеди дочери тем более. Анна характером пошла в неё, и уж точно так просто не отстанет. Но устраивать матери выволочку, это точно перебор.

– Анна Мария Маршалл, что ты себе позволяешь?! Как ты смеешь так разговаривать с матерью?!

– Серьёзно? У меня есть сестра, ты не понятно куда её дела, и ещё отчитываешь меня? Говори. На этом фото твой ребёнок? Твой?

– Я родила дочь в восемнадцать лет. – Хэйли знала, что эта история не лучший пример, который она может подать дочери. Но Анна всегда добивалась, чего хотела. И, в конечном счёте, вытряхнет историю и перевернёт всё с ног на голову. – Это было давно, милая. Очень давно.

– И что с ней случилось? Ты отдала её на усыновление? Мама!

– Да, так я и сделала. Всё, закрыли тему. – Женщина собиралась заняться своими делами, но не тут-то было.

– Я хочу познакомиться с сестрой.

– Нет! – Хэйли встряхнула дочь за плечи с неожиданной силой. – Пока ты под моей крышей, ты будешь делать, что я скажу! Я запрещаю тебе даже думать об этом. Ты поняла меня?

– Да, мам. – Анна старательно спрятала ехидную улыбку. – Как скажешь. Пока живу здесь, больше эту тему поднимать не буду.

Но забыть она не обещала, и не забыла. Так что перетрясла все архивы, и нашла семью, усыновившую Надежду. А справив совершеннолетие и отпраздновав выпускной, собрала вещи и вылетела в Новый Орлеан. И да, стоило подождать хотя бы до утра, но Анна просто не удержалась. И, забросив вещи в камеру хранения аэропорта, поспешила к Майколсонам. И дверь ей, не смотря на позднее время, открыли довольно быстро. На пороге стояла молодая, красивая блондинка, одетая в платье последней коллекции, стоившее больше всего их дома в Нью-Джерси.

– Простите, вам кого?

– Меня зовут Анна Маршалл. Я слышала, здесь живёт моя сестра. Я могу её увидеть?

То, как вытянулось её лицо, сложно передать словами. Смешалось удивление и что-то похожее на ярость. Ни одно не было удивительным. Но к тому, что было дальше, готова она не была. Расширившиеся зрачки, заполнившие собой всё пространство, вкрадчивый голос, и то, как это на неё подействовало.

– Кто ты такая?

– Анна, дочь Хэйли Маршалл.

– Садись в такси, езжай в отель, и когда я завтра приду, расскажешь, с какой стати явилась сюда.

И Кэролайн захлопнула дверь, чтобы в панике сползти по ней. Они рассказали Надежде правду ещё в детстве, и ответили на все вопросы. С тех пор тему своей биологической матери она никогда не поднимала. Сама Кэролайн не слышала о Хэйли много лет. И не сказать, что скучала по ней. И даже благополучно не вспоминала, благо Надежда была копией своего отца. И что теперь? Вампирша никак не ожидала появления дочери Хэйли, о существовании которой не догадывалась. Но хуже всего то, что вслед за ней может приехать и мать. И этого ей точно не стоит делать. Вреда Анне Кэролайн не причинила бы никогда, но вот насчёт Хэйли она не была бы так однозначна. После всего что было, желание свернуть волчице шею было чересчур сильным. Стоило только на секунду представить её с Клаусом, как кулаки по неволе сжимались, и просыпалась острая жажда убийства. И Кэролайн определённо не была уверена, что стоит подпускать её дочь к своей.

Лондон

Маргарет посещала все светские мероприятия. Ей определённо нравилась такая жизнь, и девушка старалась не думать о той жизни, что идёт за кулисами светского лоска. Часто она встречалась с графом Арунделом, и ни разу рядом с ним не было его милой подружки-янки. Ходили слухи, что то ли она терпеть не может приёмы, то ли его друзья намекнули, что мисс Хейз не умеет вести себя в обществе. Леди Маргарет её отсутствие было только на руку. Так что встреча на скачках, где просто обязана была собраться вся золотая молодёжь Лондона. Артур стоял, облокотившись на перила, одетый с модной небрежностью, которая так ему шла. Были мужчины привлекательнее его, красивее, и да, богаче. Но он был одним из немногих, в ком ключом кипела магия, и её просто магнитом тянуло к нему. Эти недели она сдерживала свои эмоции, как ни странно, это удавалось. Как не посмотри, они были бы прекрасной парой, и в магическом, и в политическом, и в личном смысле. Так что Маргарет провела почти три часа перед зеркалом, надела свой лучший выходной костюм, и отправилась на скачки. А теперь напустила на себя светски-скучающий вид, как и было положено. Леди должна ждать, когда он подойдёт сам, иначе это возмутительное нарушение приличий. Если она правильно поняла, Артур так же заинтересован, а значит, обязан проявиться. Что он и сделал, положив хлыст рядом с её рукой.

– Добрый день.

– Добрый день, граф. Красивый хлыст, вы участвуете в скачках?

– Так точно, леди Маргарет. – Чуть заметно улыбнулся Артур. А ему шла эта улыбка. – Вы очаровательны.

– А вы не слишком высоки для жокея? – Маргарет сделала вид, что не заметила комплимента.

– Вполне сгодится для благотворительных скачек.

– Будете отлично смотреться в газетах. Ваша девушка с вами, или вы её опять дома оставили?

– Анжела на конюшне, она любит лошадей.

– Подходит вам. – Маргарет вернулась к созерцанию стадиона. Возможно, она вела себя не совсем правильно, но воспитание, характер, и чувство собственного достоинства говорили поступать именно так.

Артур стоял рядом и молчал. Ему действительно нравилось, как она держалась. Красивая, умная, гордая леди. Истинная леди. В каждом движении, в поведении, посадке головы, осанке… леди, как не посмотри. И вот, сейчас она, плавная и грациозная, покинула его.

– Ты нарочно это делаешь? – Анжела стояла за его спиной, и в её голосе клокотала ярость. – Ты же обещал мне.

– Анжела, ты придумываешь.

– Я не слепая. – Девушка перешла на жёсткий, горячий шёпот, который, что греха таить, заводил Артура как никогда. – Ты пялишься на эту девицу, как койот на гнило мясо.