— Это всего лишь обед, — желтоглазый волшебник все еще держал Гермиону взглядом.

— Конечно, — согласилась она. Накинула на плечи кружевную шаль и взяла Хикэру под руку.

— Я согласен, — Снейп стиснул кулаки. — Вы слышите, мисс Грейнджер? Я помогу вам. Вы станете Мастером Зелий, самым лучшим, самым… Черт бы все побрал! Вы слышите меня?!

Не оборачиваясь, она на мгновение задержалась на пороге. Молодой человек наклонился и слегка дунул ей в затылок. По напряженной спине Гермионы прошла волна дрожи. Хикэру положил ей руку на талию, взглянул через плечо на Северуса и подмигнул. Дверь тихо затворилась. Снейп выругался, смахнув со стола колбу. Она с жалобным звоном разлетелась о стену лаборатории. Он бессмысленно уставился на бурую жижу, медленно стекающую по каменной кладке.

*

— Спите, да? — заплетающийся голос Гермионы вырвал профессора из раздумий. Она стояла перед ним, слегка покачиваясь, размазывая по лицу тушь. — Вот вы все спите и спите, а я тут стою…

— Одна? — уточнил он, едва сдерживаясь.

— С бутылкой, — хмыкнула Гермиона и, выпятив нижнюю губу, сдула кудряшки со лба.

— Что… что случилось? — Снейп постарался не сорваться на крик, вглядываясь в темную фигуру, бредущую к столу.

— Ничего, — она плюхнулась на стул и попыталась пожать плечами. — Ни-че-го!

Мисс Грейнджер разгребла местечко на столе, заваленном бумагами, и уронила голову на руки:

— Ну, почему? А? У меня маленькая грудь? Нет талии? Ужасные волосы? Или я тощая? И ноги кривые?

— Это он вам так сказал? — приподнял Северус правую бровь, внезапно успокоившись.

— Не важно! — она шмыгнула носом. — Вы должны говорить наоборот.

— Мисс Грейнджер, вы пьяны?

— Совсем чуть-чуть… капельку, — Гермиона отхлебнула из бутылки, которую все еще продолжала нежно обнимать. — Так что можно сказать, что я совершенно трезва. Если вычислить в процентном отношении долю этилового спирта к массе тела и умножить на количество производных…

— Идите отдыхать.

— Нет, ну раз в жизни встретила милого обаятельного парня, который не смотрел мне в рот, а заглядывал гораздо ниже… — она подперла щеку кулаком и уставилась в одну точку.

— И что? — осторожно подтолкнул ее Снейп.

— Может быть, со мной что-то не так? — пропустила Гермиона его реплику мимо ушей. — Чего я жду? Глупые мечты и дурацкие надежды… кретинка.

— Не расстраивайтесь, мисс Грейнджер, у каждой девушки есть свой личный принц — единственный и неповторимый. Вот и ваш сейчас сидит где-нибудь, гриву белому коню расчесывает. А потом как поскачет… как помчится.

— Сдается мне, что конь-то, может, и прибежит. А принц так и будет стоять и чесать еще чего-нибудь. Это судьба.

— Прекратите. Сидите тут пьяная в хлам и жалеете сама себя. Вам больше нечем заняться? Проспитесь. Уверяю вас, что после этого в жизни опять появятся краски, и она снова приобретет смысл. У вас все еще впереди. И любовь, и счастье. Вы слишком молоды, чтобы растрачивать себя на неизвестно кого просто так — из любопытства или назло мне и всему миру. Как он вас отпустил?

— Ну… — задумчиво протянула она. — Я предложила ему остаться друзьями.

Снейп фыркнул:

— Да, между друзьями секса обычно не очень много. Потому-то настоящих друзей — единицы. Хотя бывают и счастливые исключения.

— Это кто это у вас такой исключительный?

— Не важно. Так что все-таки произошло?

— Я что, перед вами отчитываться должна? — сонно удивилась Гермиона. — Вы мне кто — мама или папа?

— Я вам весьма злой профессор Снейп. Который теперь живет вместе с вами и может здорово отравить вам существование. Продолжим?

— Продолжим. А что вы мне сделаете? Ну, если я не скажу?

— Могу стихи декламировать. Шелли и По. А вот если вас придется долго уговаривать, я начну петь. Биттлз. Предупреждаю, у меня нет слуха, голоса, чувства ритма и меры. Зато получается весьма душевно.

— Мы пошли в Royal Garden — Хикэру там остановился.

— Дальше.

— Потом мы поужинали в местном китайском ресторанчике. Меню оглашать нужно?

— Это можно опустить, — смилостивился Северус.

— А потом он целовал мне подушечки пальцев, смотрел в глаза и называл «Гермиона-сан», — она мечтательно прикрыла веки.

— И?!

— И мы пошли к нему в номер.

— Черт бы вас побрал, мисс Грейнджер!

— Мы целовались…

— Дьявол…

— У него волшебные руки…

— Мерлиновы подштанники!

— И губы…

Северус пнул пустой котел, и он прогремел через всю лабораторию.

— А потом я сказала, что уже поздно.

— Что?

— Ничего, — Гермиона мрачно отхлебнула из бутылки. — Сказала, что меня мама ждет. И папа тоже. И портрет занудный. А он обиделся.

— Могу себе представить. На самом интересном месте…