— Нет, м’лорд. То есть, да, м’лорд, — вспомнил Теон. — Вчера она прислуживала вам, когда вы обсуждали убийства.

— А до этого ты ее не видел? Когда жил в Винтерфелле?

— Нет, м’лорд.

Ответить «нет» было проще, чем постараться вспомнить. Еще проще было уйти искать Арью, или же делать вид, что ищет. Но с лордом Русе творилось что-то не то, и Теон силился понять, что именно. Сразу после того, как обнаружился труп его сына, Русе был спокойнее.

Не только Теон это заметил.

— Что с вами, милорд? — спросила леди Дастин.

— Ничего, — ответил Русе и тут же схватился за живот. Лицо его перекосила гримаса боли.

— Я пойду искать леди Арью, — проговорил Теон и так быстро, как мог, направился к выходу.

У дверей его поймали Холли и Френья.

— Идем с нами. Одному бродить скучно, наверное?

Скучно Теону не было, но он покорно пошел с женщинами. Они вышли во двор и стали наблюдать за сбором войска на битву со Станнисом и поисками Арьи Старк.

Очень быстро Теон обратил внимание, что собирались выходить из замка только люди Фреев, а люди Мандерли больше суетились и ругались, но выводить лошадей со двора не спешили. Но суеты и шума было столько, что разобрать, кто на самом деле занят поисками или подготовкой в битве, а кто делает вид, было сложно. Разве что если пристально наблюдать, а не бегать вместе со всеми.

Теон подозревал, что где то в самой гуще суматохи переодетая в одежду оруженосца Арья Старк увлеченно ищет сама себя. Возможно, остальные прачки ей в этом помогают.

Снег все шел и шел, приходилось пробираться между сугробами, в которые превратились палатки. Они прошли по одной тропинке, свернули на другую, потом Френья отошла в сторону и исчезла за снежной пеленой, а еще через несколько поворотов Холли сменила Ива. Так они бродили, пока перед воротами не затрубили рога и отряд Фреев не стал выходить из замка. Тогда Ива и появившаяся из снежной завесы Рябина направились в богорощу. Там так же шел снег, но было хотя бы теплее.

— Поклонщики, — фыркнула Ива. — Бегают, суетятся, там все и полягут.

— Кто-то уже полег, — весело сказала Холли, выходя из-за дерева. В руке у нее был нож, который она быстро спрятала за пояс.

— А где леди Арья? — спросил Теон, не надеясь на ответ.

— Она сама к нам придет, — отмахнулась Ива.

Арья пока не приходила, зато прибежал Уолдер Большой с целым ворохом новостей. Лорд Болтон заболел, лежит у себя в покоях и мейстеры разрываются между ним и его женой, у которой от потрясения начались преждевременные роды. Арью пока не нашли, Нэн тоже (на этих словах Уолдер усмехнулся так загадочно, как будто что-то знал). В процессе поисков упал с башни Свежевальщик, кто-то пырнул ножом Алина Кисляя, а Молчун отправился куда-то и до сих пор не нашелся. Выпалив новости, Уолдер шмыгнул носом, развернулся и убежал так быстро, будто под ногами была утоптанная земля, а не добрый фут снега.

Теон с Ивой обошли пруд, продираясь через сугробы, походили немного по богороще, а потом пришла очень довольная Рябина.

— Хостин Фрей сломал шею, — сообщила она, стряхивая с платка большой сугроб. — Выехали из ворот, а прямо перед ними яму выкопали.

Так вот почему люди Мандерли не хотели выходить из замка! Арья точно знала про то, кто стоит под стенами и про то, кто выкопал яму, она ведь посылала Белку на разведку. А потом сообщила лорду Мандерли.

Постояв еще немного в богороще, Теон с Ивой и Ряьиной направились в Великий Чертог. Пора было узнать новости и съесть хоть что-нибудь. Или выпить.

За высоким столом народу поубавилось. Не было лорда Русе и его жены, не было Хостина и Эйениса Фреев… одни северяне. Виман Мандерли, развалившись на стуле, уплетал колбасу, радуясь при этом так, словно бы снова попал на свадьбу. Леди Дастин оглядывала зал, кого-то ища глазами. Явно не Теона. Теон сам огляделся в поисках Арьи, но, разумеется, не нашел. Какой-то оруженосец уверенно шел к высокому столу… не она ли?

Оруженосец взошел на помост и сел на место Эйениса Фрея. Или Хостина Фрея, Теон не запомнил, кто из Фреев где сидел. Сначала никто не обратил внимания, потом за высоким столом стали оборачиваться в его сторону, наконец, Виман Мандерли спросил:

— Что ты здесь делаешь, мальчик?

— Меня зовут Уолдер Фрей, — Уолдер встал, но все равно его было едва видно. — Я хочу сказать, что…— он запнулся, потом сглотнул и начал громче: — Я здесь остался единственный из Фреев. Сир Хостин погиб, сир Эйенис пропал, скорее всего, тоже погиб.

Шум в зале постепенно смолк, хотя люди продолжали перешептываться, а лошади — переступать копытами. Но звонкий голос мальчика был слышен даже в дальних уголках зала.

— Как единственный здесь из Фреев, я объявляю, что мы больше не вмешиваемся в ваши войны и уходим из Винтерфелла, как только будем готовы.