– Идите отсюда, а то облучитесь, – посоветовал нам Фитиль.

С забора свисала удочка. Но ни щука, ни карп у Фитиля не клевали. Со стороны эта рыбная ловля смотрелась дико. Увидевший Фитиля с Гориллой сказал бы: два психа сбежали из сумасшедшего дома. Справа в двух метрах озеро, полное воды и рыбы, а два свихнувшихся верзилы забросили удочку в чей-то двор и хотят там что-то поймать. И еще вместо подкормки бросают через забор кости и колбасу. Когда Горилла скормил все кости, он принялся за колбасу. Круги колбасы незаметно исчезали за забором. Мы знали, какой аппетит у Балбеса, и поэтому не удивились, когда он почти все съел. Из-за забора доносилось только довольное рычание. Когда у Гориллы остался в руках последний круг колбасы, он, выкидывая пустой пакет, раздраженно сказал:

– С утра ничего не ел. Весь день в делах. Бесполезно кормить эту прорву. Дай хоть сам колбасы пожую, – и он, как Балбес, откусил сразу приличный кусок и тут же моментально его выплюнул:

– И ты за эту дрянь отдал пятьсот рублей? – рявкнул он.

– Клянусь твоим «мерседесом», пятьсот! – оправдывался Фитиль. – Продавщица, да ты ее знаешь, Светкина сестра, еще спросила: куда столько, не для ревизии ли? Я сдуру и ляпнул: да. Туда. А она будто взбесилась, накидала костей и этой колбасы и сказала: пятьсот рублей! Хочешь – бери, хочешь – нет. Я и взял. Ты же приказал не торговаться.

– Мальцов будешь дурить, понял! Давай лови, пока Хромой не пришел.

Горилле не терпелось заполучить алмаз, он заглядывал через щели в заборе и поучал Фитиля:

– Почему у тебя не клюет? Ты на червя плевал?

– Нет, не плевал. Что, думаешь, от этого рыба лучше ловится? – огрызался Фитиль.

– Правильно, нечего плевать, слюна у тебя ядовитая, щука еще чего доброго сдохнет, – заржал Горилла.

– Раз так, лови сам, – обиделся Фитиль, но удочку не выпускал из рук.

– Я говорил, тоннель надо прорыть, – подал голос Данила.

– Лучше бы он с сачком слазил, ну порвал бы его немного Балбес. Ничего страшного, зажило бы, – подсказал я.

Подначиваемый со всех сторон Фитиль взбеленился:

– Я за себя не отвечаю, Горилла, убери отсюда эту мошкару!

И в это время удилище согнулось. Фитиль подсек и перебросил через забор извивающуюся на солнце щуку. Удилище было длинным, Фитиль слишком сильно потянул, щука зависла над озером и плюхнулась в воду.

– Слава богу, сорвалась, лови ее теперь в озере, – обрадовались мы. Однако не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Фитиль потянул удилище, щука показалась из воды. Она крепко сидела на крючке. Фитиль медленно подвел ее к краю воды и вдруг резко выбросил на берег. Мы с Данилой приуныли. Сейчас они ее разрежут, и откроется наш обман. Фитиль осторожно отцепил ее с крючка и поднес ее к лицу:

– Ах ты, красавица моя! – воскликнул он и от избытка чувств поцеловал щуку. Лучше бы он это не делал. Нечеловеческий крик разнесся над озером. Фитиль крутился на месте, а щука висела у него на носу. Горилла выхватил нож и бросился к Фитилю. Что подумал Фитиль, я не знаю, но он кинулся от Гориллы в озеро и кулаком ударил щуку. Удар был так силен, что она отлетела метров на пять и упала в воду. Николай с Петром, сидящие в засаде, вскочили со своих мест и тревожно глядели в нашу сторону. Когда воющий Фитиль выскочил снова на берег, Горилла ударил его в ухо. Фитиль покатился по откосу и снова упал в озеро. С носа у него капала кровь.

– Ведром вычерпаешь мне озеро, по дну ползать будешь, пока не поймаешь, понял? – играя ножом, подступал к нему Горилла. – Что, не мог подождать, пока я ее срежу?!

– Я думал, ты меня хотел зарезать!

– Идиот!

Подошли Николай и Петро.

– Что случилось?

– Не твое собачье дело! – зло ответил Горилла.

– За что ты его ударил?

– Я тебя бил? – спросил Горилла, обращаясь к Фитилю.

– Нет! – ответил Фитиль, зажимая носовым платком нос.

В это время хлопнула входная калитка. Слышно было, как во двор вошел Хромой. Инцидент сам собой рассосался. Петро с Николаем ушли к своей машине. Фитиль, подгоняемый Гориллой, порывался что-то тому доказать. Слава богу, что Фитиль вытащил не карпа, тот не такой кусачий. Неизвестно, чем бы тогда все закончилось. А так алмаз снова на месте: или в озере, или в бассейне. Зато Горилла с Фитилем думают, что он плавает в брюхе щуки в озере. От греха подальше мы тоже через огород выскочили на улицу.

Как-то сама собой возникла тема прослушивающего устройства.

– Тебе не кажется, Данила, что надо изъять в милиции жучок, что поставил Горилла? Он бы нам для чего-нибудь обязательно пригодился.

– А зачем он нам без приемника? Приемник-то в «мерсе» на дне озера.

– А что, долго нырнуть и вытащить его? Ты место помнишь?

– Помню.

– Пойдем в управление, а там разберемся.

Управление внутренних дел занимало трехэтажное здание на одной из улиц, прилегающих к центральной площади. На входе никто нас не остановил, и мы пошли по этажам. Кабинет начальника управления находился на втором этаже. Хорошо, что у него не было секретарши. На прием к нему сидел старый как пень дед лет под девяносто.

– Вы крайний? – спросил его Данила.

Глухой дед, переспросив, ответил, что последний он.

– А вы зачем дедушка? – поинтересовался я.

– Права, милок, не меняют, говорят, старый, мол, да еще глухой, и плохо видишь на один глаз, задавишь еще кого-нибудь, а мне только с дачи картошку домой привести да старуху иногда в больницу отвезти и больше никуда не надо.

– Дедушка, так вы медкомиссию, наверно, не прошли?

– Не прошел, милок, не прошел, но бумаги все у меня вот на руках, пусть начальник на них напишет – принять, а мне другого и не надо. Зачем мне медкомиссия?