– Смотри! – сказал он, указывая вниз по склону горе.

– Что? – спросил Фириан. Он ничего не мог увидеть.

– Там, внизу каменной дороги. Полагаю, мой друг, ты не можешь этого увидеть. Это Луна. Её магия пришла. Я знал, что это случится, но Ксан сказала мне, что это пустые выдумки. Ох, Ксан… Она всегда пыталась удержать детство Луны, но этого не избежать. Девочка растёт – и совсем скоро перестанет быть ребёнком.

Фириан уставился на Глерка, открыв рот.

– Она станет драконом? – спросил он, и в голосе чувствовалась помесь скептицизма и надежды.

– Что? – удивился Глерк. – Конечно, нет! Она станет взрослой. И ведьмой. Одновременно. Посмотри! Вот там она идёт. Отсюда я вижу её волшебство. О, и ты сможешь, Фириан. Это идеальный голубой оттенок с серебром! Фириан хотел сказать что-то ещё, но смотрел на землю, приложив обе лапы к грязи.

– Глерк? – прошептал он, прижав ухо к земле.

Глерк не обращал внимания.

– Посмотри! – он указал на следующий хребет. – А вот там Ксан. По крайней мере, там есть её магия. О… Она больна. Я вижу. И она использует заклинание преобразования… Ксан! Почему сейчас?! А что делать, если она не сможет вернуться обратно? Бред, милый Фириан. Нельзя терять ни минуты.

– Глерк? – вновь промолвил Фириан, кажется, ещё сильнее побледнев.

– Фириан, нет времени! Ксан в нас нуждается. Только посмотри… А Луна идёт туда, где нынче Ксан. Если это не срочно…

– Глерк! – возопил Фириан. – Ты слышишь? Гора!

– Говори более полно, пожалуйста, - нетерпеливо ответил Глерк – Если мы не станем двигаться быстро…

– Гора горит, Глерк! – взревел Фириан.

Глерку закатил глаза.

– Да ладно тебе. Что ж, как обычно, просто дымит.

– Нет, Глерк, - Фириан встал на задние лапы. – Это гора. Гора под ногами горит. Как тогда. Когда моя мать… - его голос сорвался, и вспыхнуло древнее горе. – Мы чувствовали это первыми. Она отправилась к магам, чтобы их предупредить. Глерк! Его лицо почти, что исказилось от беспокойства. – Мы должны предупредить Ксан!

Болотный монстр кивнул. Он почувствовал, как колотится его сердце.

– И быстро, - согласился он.

Вина билась в птичьем сердце Ксан.

Это всё её вина.

Нет… Она защищала! Она любила! Спасла этих детей от голода! Сделала семьи счастливыми.

Но стоило и возразить. Стоило полюбопытствовать. Сделать хоть что-то!

И этот бедный мальчик… Как он любил свою жену, как любил своё дитя… И он был готов принести всё в жертву ради их безопасности и счастья. Ей хотелось его обнять, вернуться в нормальный облик и всё объяснить. Несомненно, он попытается убить её, прежде чем она сумеет что-либо сказать.

– Не так уж и далеко, друг мой, - шептал юноша. – Скоро станет расти луна, и мы пойдём. И я убью ведьму, а тогда мы сможем отправиться домой. И ты увидишь мою прекрасную Эсин, моего милого сына. Ты будешь в безопасности.

О, не совсем.

Когда взошла луна, она смогла поймать капельку магии. Но очень мало. Словно пытаться собрать воду в решето. Но это лучше чем ничего. Магия ещё капает. Может быть, этого хватит, чтобы немного усыпить бедного мальчика. А потом она сможет отправить его домой, и он проснётся в объятиях любящей семьи.

Ей просто нужна луна.

– Ты слышишь? – юноша вскочил на ноги. Ксан огляделась – но не смогла ничего услышать.

Но он был прав.

Что-то приближалось.

Или кто-то.

– Может ли ведьма ко мне прийти? – спросил он. – Может ли мне повезти?

И вправду, в голосе его было столько надежды, что Ксан даже издала короткий смешок – больший, чем это было справедливо. Клюнула его сквозь рубашку. О, колдунья пришла к нему. Ласточкой. Она закатила бусинки маленьких птичьих глаз.

– Смотри! – он указал вниз по гребню. Ксан посмотрела. И вправду, к ним кто-то двигался. Даже два существа. Ксан не могла объяснить, что такое второе, ведь она прежде с ним не сталкивалась, но видела первое – безошибочно.

Голубое свечение.

Мерцание серебра.

Магия Луны. Её чары! Ближе, ближе, ближе!

– Это ведьма! – воскликнул молодой мужчина. – Я уверен в этом! – и он притих в зарослях подлеска. Дрожал. И перебрасывал из одной руки в другую.

– Не волнуйся, мой друг. Я сделаю это очень быстро. Ведьма подойдёт. И не увидит меня.

Он сглотнул.

И тогда он перережет ей горло.

Глава 40. Когда появляются определённые разногласия с сапогами.

– Ну-ка отойди прочь, дорогая, - промолвила сестра Игнатия. Её голос лился водой, а она ступала мягко на втянутых коготках. – Они тебе просто не в пору.

Сумасшедшая склонила голову. Вот-вот появится луна. Под ногами грохотала гора. Она стояла у огромного камня. "Не забывай", - вещал с одной стороны камень. – "Вот о чём я".

Сумасшедшая скучала по птицам. Они улетели и не вернулись. Были ли они реальны? Сумасшедшая не знала.