Отрезав кусочек ананаса, он протянул его мне через стол.

– Ты привередлива в еде?

– Как правило, нет. Мне нравится экспериментировать.

– Значит, ты позволишь мне накормить тебя тем, чем я хочу?

Мои брови взлетели вверх.

– Я говорил об ананасово-сырном кешью-сюрпризе, но мне больше нравится то, о чем подумала ты.

Кокетливый стеб вернулся. Казалось, мы успешно миновали напряженность после сцены в гостиной, но для себя мне хотелось бы понять, почему Чейз так отреагировал. Посмотрев на него снизу вверх, я тихо сказала:

– Прошу прощения, что взяла гитару без разрешения. Я не хотела тебя расстраивать.

– Все нормально, - ответил Чейз, ненадолго отводя взгляд, - не беспокойся. Она собирала пыль в течение многих лет. Кто-то должен на ней играть.

– Ты сам не играешь?

– Нет.

Я подождала, не продолжит ли он, а потом отпустила тему.

Причудливые бутерброды, приготовленные Чейзом, оказались на удивление вкусными, и мы сидели в кухне и разговаривали, поглощая их.

– У тебя прекрасный дом, - сказала я.
– Признаюсь, я предположила, что ты из тех людей, которые предпочитают жить в пентхаусе в небоскребе, а не в Браунстоуне. Но видя все это, могу сказать, что тебе он подходит.

– О, да?
– Чейз ухмыльнулся.
– И что это значит? Это хорошо или плохо?

– Хорошо, - улыбнулась я.

– Скажи, а где живет Брайс? В пентхаусе или в Браунстоуне?

– Брайант. Он живет в обычном доме, как и я.

– И с таким типом мужчин ты обычно встречаешься?

– Похоже, мой тип это лжецы, лузеры и пиявки. Видишь ли, последнюю дюжину лет мою личную жизнь преследовали неудачи.

– Всего-то двенадцать лет? Это просто засуха, которая, я уверен, закончится в любое время.

– Да-да, конечно, - усмехнулась я.

– Расскажи мне о Барклае. Кто он: лжец, лузер или пиявка?

– Брайант ни первый, ни второй и ни третий.
– Покачав головой, я засунула в рот последний кусочек бутерброда, полагая, что теперь не моя очередь говорить, однако Чейз, молча, смотрел на меня, очевидно, ожидая, продолжения.
– Я почти уверена, что он действительно хороший парень, - прожевав, закончила я.

– Так почему же ты не спишь с ним?

– У тебя нездоровая одержимость моей сексуальной жизнью. Ты уже тритий раз спрашиваешь о моих отношениях с Брайантом.

Чейз пожал плечами.

– Мне просто любопытно.

– Любопытно узнать о моей сексуальной жизни?

– Или об ее отсутствии. Да, любопытно.

– Почему?

– Честно говоря, я и сам не понимаю.

– А вот, к примеру, у тебя, Чейз, когда в последний раз был секс?

Чейз откинулся на спинку стула и скрестил руки на своей груди.

– Перед тем, как я встретил тебя.

Я понятия не имела, куда вел этот разговор или, что он значил, но каждый нерв в моем теле был возбужден из-за того, что мы об этом говорим.

– Засуха?
– Я вопросительно вздернула бровь.

– Можно и так сказать.

– Что это за ответ: «Можно и так сказать»? А если сказать по-другому?

Чейз выпрямился и наклонился ко мне.

– Если по-другому, то можно сказать, что я жду, когда женщина, с которой мне действительно хочется переспать, станет свободна, и тогда я сделаю свой ход.