И, когда случалось серьёзное преступление, вроде грабежа или убийства, их нигде нельзя было отыскать.

А краснокожий всегда мог стать прекрасным козлом отпущения.

Это напомнило шерифу, как был повешен тот Черноногий.

Лаутерс нахмурился и сделал ещё глоток.

Черноногого звали Красный Лось.

Его задержали в связи с обвинениями в изнасиловании и убийстве местной белой девушки по фамилии Карпентер.

У девушки не было семьи, и она недавно переехала в Волчью Бухту.

Предположительно, Красный Лось отправился за девушкой однажды вечером в магазинчик, где она работала, взял её силой, а потом перерезал горло.

На вторую ночь пребывания индейца за решёткой к нему пришли линчеватели.

На них были чёрные капюшоны и маски с прорезями для глаз и рта.

Девять из них вошли в тюрьму.

– Нам нужен краснокожий, - сказал главарь.
– И мы его заберём.

– Лучше бы вам, ребятки, убраться отсюда, - ответил им Лаутерс.

Все девять линчевателей достали оружие и направили его на шерифа.

– Ты не понял, - протянул вожак.
– Нам нужен этот краснокожий убийца, и мы с лёгкостью пристрелим и тебя, чтобы добраться до него.

Лаутерс потянулся за револьвером, но нападавшие были быстрее.

Они оглушили его прикладами ружей и привязали к креслу.

Когда Лаутерс пришёл в себя, всё уже было кончено.

Его заместитель, Олден Боус, переправлявший заключённого в Вирджинию, вернулся и отвязал шерифа.

Красный Лось болтался на дереве на площади через дорогу.

После случившегося Лаутерсу начали задавать вопросы, но он не мог на них ответить.

На линчевателях были маски, и он не мог их опознать.

Они скрутили шерифа. У него даже остались синяки в качестве доказательства.

А зачем он отправил своего заместителя сопровождать заключённого в Вирджинию на фоне назревающей нестабильной обстановки и антииндейских настроений?

Но Лаутерс не думал, что кто-то на такое пойдёт.

Ко всеобщему удовлетворению, ответы были получены.

К тому же, вздёрнутым на дубе человеком был индеец, Черноногий. И он убил белого.

Дело закрыто.

Единственными, кто действительно был заинтересован в расследовании, были сами Черноногие, но их никто в расчёт не принимал.

Все поверили Лаутерсу.

Они и не догадывались, что он обо всём врёт.

Лаутерс снова отхлебнул из фляги. На этой неделе исполнится ровно год, как того краснокожего линчевали и подвесили на дереве.

Он до сих пор помнил, как скрипела ветка, когда через неё перебрасывали верёвку и затягивали петлю.

Лаутерс вздрогнул.

– 18-

Снежная буря угрожала начаться уже несколько дней.

И в ночь тех суток, когда нашли тело Нейта Сегариса и отвезли его на похоронной повозке Вайноны Спенс, чтобы тайно отмыть и затем похоронить, она и началась.

Она спустилась с гор Тобакко Рут, подхлёстываемая пронзительными ветрами, опустившими ртуть в градусниках ниже нуля.

На Волчью Бухту свалилось больше метра снега, и ветер придал полутораметровым сугробам вид замёрзших волн, разбивающихся о какой-то инопланетный берег.

Около четырёх буря закончилась.

Мир стал белым.

Занесённым снегом, замёрзшим и неподвижным.

У подножья гор в старой заброшенной шахте сидел Кудряш Дель Веккио и ждал, когда за ним придёт смерть.

Прошлой ночью недалеко от шахты его сбросил конь, и Дель Веккио сломал ногу.

И вот снова наступила ночь.

Он был один.

Дель Веккио был благодарен уже тому, что нашёл эту старую шахту.

И тому, что внутри стояла жаровня с углями, а рядом лежала кучка хвороста, которые остались после того, как шахтёры отправились на поиски других хлебных мест.

Этого дерева хватит, чтобы топить жаровню три, а то и четыре дня.

А к тому времени, дай Бог, его кто-то найдёт.

А может, и нет.

Дель Веккио разжигал огонь, только когда действительно было надо.

«Так топлива хватит на несколько дней», - рассуждал он.

А всё остальное время он смотрел на свою ногу и прорвавший кожу окровавленный обломок кости.

Если Дель Веккио начинал двигаться слишком много, боль становилась настолько невыносимой, что он терял сознание.