Только с профессором Снейпом все было не так. Я этого парня приметил сразу, как он только начал учиться. Среди первокурсников бы его и заметить-то трудно было бы: тощий, некрасивый, сутулый и одежда под мантией - обноски, иначе не скажешь. Много я таких на своем веку повидал, только обычно-то они держатся незаметно, головы не поднимают, смотрят все время в пол. А этот держался даже с каким-то вызовом и такой огонь у него в глазах горел, что я его безобразную прическу и нелепую одежду даже замечать перестал. И уж по нему-то можно было сказать с уверенностью: парень в школу пришел учиться, а не дурака валять, как другие оболтусы. «Я стану выдающимся волшебником». Сам Снейп ничего такого не говорил, да к чему слова-то? Это у него на лице написано было. Редко я столь целеустремленного студента встречал, и это в его-то одиннадцать лет. Наблюдая за ним, мне не пришлось разочароваться - учебой Снейп не просто увлекался, он ею практически существовал. Казалось - ему дай волю, так он и во сне будет читать книги. И не только школьные учебники я у него в руках видел, но и толстенные тома (после узнал, что были те книги научными, причем их и профессора в Хогвартсе не все читали) - и где он их только доставал, ума не приложу. Учился он усердно, однако профессора его не шибко жаловали, видать, не по нутру он им пришелся со своим характером. Характер-то у него точно не сахар был, да у меня и у самого ничуть не лучше. Короче, он мне нравился - единственный среди учеников.

Северус Снейп был ничуть не более вежлив со мной, чем все остальные, но ему и в голову никогда не приходило меня жалеть. На самом деле, я быстро почувствовал, что до школы он был для своего окружения чем-то вроде меня: уродливым пугалом, которое надо обходить подальше. Да и тут, судя по всему, он таковым оставался. Особенно его эти два гиффиндорских хулигана задирали - Поттер с Блэком. Вот уж с кем я за семь лет намучился. Сколько я им отработок назначил - не сосчитать. Их еще раза в три больше было бы, если б за них преподаватели не заступались. За что их все так обожали, ума не приложу: глупые, напыщенные, наглые ничтожества и ничего больше. Зато дерзости и нахальства у них было хоть отбавляй. Особенно в хулиганских выходках...

Снейпа же я, можно сказать, даже уважал. И завидовал его хитрости, недаром он все-таки на Слизерине учился. Снейп мне никогда не ябедничал на Блэка с Поттером, как это обычно делали студенты - он просто как-то так подстраивал, что я их ловил на месте преступления. Они получали от меня по полной, а он злорадствовал. Точнее, мы злорадствовали вместе…

Однажды он выручил меня из больших неприятностей. Очень больших, надо сказать, неприятностей. Понадобилось мне одно зелье - ценное и сложное в приготовлении. Причем в очень короткий срок. Задолжал я одному человеку - в карты проигрался. По глупости, спьяну можно сказать. Единственный грех - сел за стол, да и не смог остановиться вовремя, ну и погорел на две сотни галеонов. А партнер мой в качестве платы и потребовал ему достать запрещенное зелье. В затруднительном положении я очутился - я ведь про такое зелье и не слышал даже. Взял я, как в Хогвартс вернулся, книгу из библиотеки, посмотрел - так сразу за голову схватился. Снадобье чертово одним из самых редких и дорогих оказалось. Где его взять, понятия не имел. Ни купить, ни украсть, ни тем более сварить самому не представлялось возможным. Вот и решил я тогда Снейпу рассказать о своей беде. Не хотелось студента об услуге просить, да только знал я, что кроме него никто мне не поможет, даже сам Дамблдор.

А Снейп как раз тогда усовершенствованием этого состава занимался, тайком, конечно. Он ведь еще и научные исследования сам проводил, эксперименты ставил, новые рецепты и составы изобретал. Про мою проблему услышал, колебался сначала, но после все же согласился помочь мне. Три дня спустя пришел ко мне с пузырьком, я его сразу же отнес кредитору, не особо, впрочем, рассчитывая на успех. К моему изумлению, кредитор проверил жидкость в пузырьке и стал выпытывать, где я такого качества зелье достал. Но так я ему и сказал - держи карман шире! Ответил, что сварил один знакомый. Тот попросил его познакомить с этим гением, да я счел за лучшее промолчать.

Снейпа я поблагодарил за помощь. Не бескорыстно он мне, разумеется, помог, но я этого и не ждал. Долго думал, чем ему отплатить, ведь что мне ему дать-то было? Пообещал ему взамен, что один-единственный раз он может делать ночью все, что только вздумается. Если я его увижу - закрою глаза. Но если со мной кто-то будет, то я его выгораживать не стану, поступлю, как с любым другим нарушителем. Он согласился. Видать, полагал, что понадобится ему когда-нибудь мое обещание. На его пятом курсе дело было.

И вот как-то в том же году уже в июне, шел я после отбоя по коридору гриффиндорского этажа и вдруг слышу издалека, как Полная Дама с кем-то возмущенно спорит. И громко, так что на весь коридор ее слыхать! Орет - половину портретов перебудила, того и гляди целый замок проснется. А ей отвечает другой голос, потише, но твердый. Видно, что убеждает Полную Даму в чем-то и от своего не отступится ни за что. Хотел я было подойти и выяснить какому идиоту в это время не спится, и чего ему от портрета понадобилось, да влепить ему несколько отработок, чтоб неповадно другой раз стало по ночам по замку бродить, но тут услышал голос собеседника Полной Дамы и сразу его узнал...

Ту рыжую девку с Гриффиндора я тоже прекрасно помню. Староста она была. Вся правильная такая, умница-красавица, да и отличница к тому же. Каждый в школе ее знал и поклонников за ней увивалось несчетное число. Все ее буквально на руках носили. И преподаватели души в девчонке не чаяли. Хоть и маглорожденной она была, а иным чистокровным столько внимания не доставалось, как этой рыжей.

А она всегда и всех старалась перевоспитать. Как-то Поттер с Блэком сыграли со мной очередную мерзкую шутку. Пробрались в мой чулан и попытались превратить все мои щетки в дикобразов, что им не удалось только чудом. Я их наказал, конечно - назначил каждому по две отработки. Потом я слышал, как эта девчонка им выговаривала за это. Кричала, мол, как им не стыдно «издеваться над несчастным сквибом, который и без того должен чувствовать себя ущербным среди нас». Это меня разозлило даже больше, чем поступок двух негодяев.

Снейп везде таскался за ней. До того самого вечера я их повсюду вместе видел. Мне мадам Пинс, библиотекарша, рассказывала, что они у нее в библиотеке проводили целые дни. Читали, готовили уроки, разговаривали. И не скучно им было вдвоем. А потом все чаще и чаще начали возникать споры, в основном из-за книг, которые он с наибольшим увлечением читал - все они были о Темной Магии. Ей же это было не по нутру. И в конце-концов они серьезно поссорились. На пятом курсе они тогда были. Все произошло как раз накануне той ночи, когда я слышал его спор с портретом.