Неожиданный оборот его речи вызвал новые хлопки со стороны депутатов, слонявшихся между рядами кресел.

Лидер палаты прервал частную беседу со своим соседом и крикнул:

— Почему вы сами не внесете билль, который пришелся бы вам по вкусу? Вы-то не вносили билля, сокращающего военные прибыли!

Оратор звучно бросил в ответ:

— Не воображает ли джентльмен, подавший реплику, что мое право критики в какой-либо мере умаляется, урезывается, сокращается или убавляется тем обстоятельством, что я не являюсь папашей его собственного билля!

Член Конгресса Девис повернулся к Каридиусу:

— Это Ортон. Он самый ярый противник билля против военных прибылей!

— Он говорит, что билль недостаточно суров, — заметил Каридиус.

— Он всегда это говорит. Нет билля против военных прибылей, достаточно сурового, чтобы Ортон согласился голосовать за него.

Еще нескольким депутатам было предоставлено по три-четыре минуты, чтобы высказаться о билле. Каждый раз, как оратор начинал воодушевляться, молоток со звоном опускался на железный лист. И оратор, глотая слова, комкая последние фразы, спешно собирал свои бумаги и присоединялся к общему потоку разгуливающих по залу депутатов.

Каридиус распростился с мистером Девисом и отправился на поиски мистера Уинтона, члена Комиссии комиссий, от делегации его штата. Он нашел мистера Уинтона в курительной, и тот предложил остаться там, чтобы не пришлось кричать изо всей мочи, стараясь перекрыть общий шум:

— Я хотел повидать вас, мистер Уинтон; по поводу моей работы в комиссиях.

Мистер Уинтон кивнул головой:

— Какая комиссия вас интересует, мистер Каридиус?

— Комиссия по военным делам.

Мистер Уинтон внимательно посмотрел на него.

— Вы специалист по военным вопросам? Я спрашиваю не из любопытства, — поспешил он объяснить, — но я должен отрекомендовать вас комиссии.

— Ну… я всегда интересовался военными делами, — сказал Каридиус, припоминая несколько виденных им военных парадов.

— Вы, разумеется, проходили военную службу?

— Нет, военной службы я не проходил, — ответил Каридиус таким тоном, что можно было подумать, будто он всеми иными способами соприкасался с военной службой, только не проходил ее.

Наступила короткая пауза, после которой мистер Уинтон сказал несколько сухо:

— Хорошо, я доложу комиссии и, со своей стороны, всячески буду рекомендовать вас.

Каридиус вдруг понял, что в комиссию по военным делам ему не попасть. Тогда он решил пустить последний довод и раскрыть перед мистером Уинтоном всю правду:

— У меня есть друзья, интересующиеся военными делами, мистер Уинтон. Я больше пользы принесу моим избирателям, а следовательно и моей стране, при непосредственном контакте с такого рода делами.

Мистер Уинтон кивнул головой и потрепал нового члена конгресса по руке:

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы поставить вас в условия работы, наиболее соответствующие вашим талантам. Если бы мои усилия оказались тщетными, за вами, как вы знаете, остается право в любое время выступить в комиссии самому и изложить свои доводы.

Каридиус вышел из здания Палаты и через двор Капитолия направился к Дому канцелярий. Он был очень огорчен исходом разговора с мистером Уинтоном и задавался вопросом, в какую комиссию его пристроят. Были комиссии почетные, были безразличные, но были и такие, в которых показалось бы обидным работать.

Войдя к себе в приемную, он увидел, что мисс Литтенхэм беседует с толстой женщиной средних лет в собольем манто.

— Вот и мистер Каридиус, — сказала девушка, указывая на своего начальника. — Миссис Сассинет, разрешите представить вам мистера Каридиуса.

— Ах, мистер Каридиус, как я счастлива с вами познакомиться! — начала миссис Сассинет с тем воркующим энтузиазмом, который почему-то очень подходит к меховым манто, полновесности и женским клубам. — Я прямо от мистера Бинга, из его кабинета, он так благосклонно отнесся к моей идее!

— Еще бы! Он ведь южанин…

— Ну, а вы?

— И я, конечно: ведь я же северянин.

— О-о! — Дама подарила его заученной улыбкой. — Вы очень галантны. Я уверена, что вы тоже одобрите мою мысль. Она идет совершенно в ногу со временем… Вы меня понимаете?.. С общей экономической политикой правительства… ни на иоту пользы… будет стоить уйму денег, повысит заработки… а в результате не будет произведено ничего полезного…

— А в чем же заключается ваша идея? — любезно осведомился Каридиус.