– Вообще-то это каюта капитана. Моя каюта, - не менее холодно напомнил он.

– Да-да, я в курсе. И каюта твоя, и корабль твой.

– И ты, Хлоя, - вкрадчиво произнес Рик.
– Ты тоже вообще-то моя.

Опершись руками о стену с двух сторон от меня, он отрезал мне все пути для отступления. Стоял так близко, что мы едва не касались друг друга. По коже мгновенно побежали мурашки. И от такой близости, и от пронзительного взгляда, который Рик с меня не сводил.

Тихо и будто бы даже задумчиво он продолжал:

– Знаешь, мне самому очень интересно, насколько еще хватит моего терпения. И куда интереснее, что будет тогда, когда это терпение, наконец, иссякнет. Когда в один прекрасный момент, ты меня все-таки доканаешь, и мне надоест вот это вот хождение вокруг да около, пустые разговоры и смиренное ожидание, когда же ты, наконец, сменишь гнев на милость. Думаешь, я не понимаю, почему ты так себя ведешь со мной? Прекрасно понимаю.

Хоть я и старалась скрыть все эмоции, но голос все равно предательски дрогнул.

– Я думаю, что ничего ты не понимаешь, Рик. Ты не видишь дальше своего самомнения. Знаешь, почему я себя так веду? Ты лгал мне, манипулировал мною, и тебе было при этом совершенно наплевать, что я чувствую. Тебе захотелось - ты решил добиться. Подло, обманом, чуть ли не шантажом. И что ты теперь удивляешься такому моему отношению? Я не знаю, какой ты человек на самом деле. Но пока я видела лишь расчетливого холодного лжеца, который в угоду своим желаниям запросто готов испортить чужую жизнь, - даже в глазах защипало, но я сдержала подступающие слезы.
– А ведь знаешь, у меня были свои мечты. Тебе это, конечно покажется смешным, но я верила, что однажды выйду замуж за человека, которого полюблю. И который будет любить меня. Глупо и наивно? Возможно. Но я всерьез об этом мечтала и строила множество планов на будущее. А ты просто взял и по своей прихоти хладнокровно все это растоптал.

Рик даже в лице изменился. Его явно задели мои слова. Причем, ему будто бы собственное неравнодушие крайне не понравилось.

– Хлоя, прекрати изображать трагедию на пустом месте.

Мои губы тронула невеселая усмешка.

– Вот ты сейчас очень точно выразился. То, что я считаю трагедией, для тебя лишь пустое место. И вообще, к чему все эти разговоры, Рик? Скоро найдем ‘Ястреб’, вернемся в наш мир, тут же разведемся и все - забудем друг друга как страшный сон.

Глаза Рика в одно мгновение потемнели, словно в его душе поднялся целый сноп эмоций. Причем, далеко не самых радужных.

– Запомни, Хлоя, - прошептал он, едва не касаясь губами моих губ, - никакого развода ты от меня не дождешься. Я уже сказал тебе однажды, что я своего не отдаю. Не поленюсь повторить еще раз. Ты моя, Хлоя. Моя, - одной рукой крепко держал меня за талию, не позволяя вырваться, пальцами второй скользнул по ключице, сдвигая ворот просторной рубашки и обнажая плечо.

– Ты же обещал, что не будешь препятствовать с разводом!
– я уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, пока совсем не потеряла остатки разума от его прикосновений.

– Обещал, - обжигая дыханием, прошептал Рик.
– Но только в том случае, если ты сама будешь искренне этого хотеть. А я знаю, что хочешь ты совсем другого.

– Не смей меня целовать!
– сначала протест получился тихим и крайне неубедительным, но я изо всех сил старалась взять себя в руки.
– И сейчас же меня отпусти! Тебе плевать на мои чувства, а мне, уж поверь, не менее плевать на твои собственнические замашки! Как только мы верне… - я не договорила.

Со стороны Рика поцеловать меня было подло и нечестно. Но он как всегда этим не заморачивался. Знал, что я просто не смогу ему противиться. Знал, что снова чуть ли не растаю в его объятиях. Знал и нагло этим пользовался.

Все бы сегодня закончилось весьма однозначно. И, скорее всего, именно на это Рик и рассчитывал. Но кое-чего он учесть не мог. Мы стояли возле самого стола, на краю которого разместился подсвечник. Совершенно случайно я задела горящую свечу, и боль от ожога в одно мгновение вытряхнула меня из сладкого дурмана его требовательных поцелуев и настойчивых ласк. И сразу происходящее выступило в крайне неприглядном виде.

Пощечина вышла знатной. Все-таки злость весьма ощутимо придала мне сил.

– Хлоя!
– Рик такого явно не ожидал.

– Ты - подлец, Рик. Настоящий подлец, - меня буквально трясло от зашкаливающих эмоций.
– Ты готов без зазрения совести воспользоваться тем, что я просто не в состоянии дать тебе отпор. Да, я теряю разум в твоих объятиях. Да, я ничего не могу с этим поделать, как бы саму себя за это ни ненавидела. Но ты… - голос дрогнул.

Я многое хотела сказать. Но слишком зашкаливали сейчас чувства, чтобы толком сформулировать свои мысли. Смешалось все: жгучая обида, яростная злость, ненависть к самой себе и…отчаянное желание довериться любимому.