Он спрятал свой блокнот.

– Дайте мне знать, если увидите или услышите что-нибудь необычное, мэм.

Ух ты. Меня назвали «мадам».

– Непременно, офицер.

Он ушел, и все равно я могла его чувствовать. Я отодвинула занавеску окна в гостиной и смотрела ему вслед, пока он не сел в свою модифицированную машину и не уехал восвояси.

– Добросовестный полицейский, - хмыкнула Мод.
– Еще то наказание. Мне тебя жаль.

– Ой, ты и половины всего не знаешь. Не хочешь пойти со мной поболтать с Ку?

– Вообще-то, я думала принять ванну.
– Она улыбнулась.

– Да, не помешает.

– На что ты намекаешь? Хочешь сказать, от меня воняет?

– Ути-пути-пути.
– Я показала ей язык и направилась в стойла, Чудовище потрусила следом за мной.

Винг и его мотоцикл, все еще в сетях, лежали в широком проходе между стойлами. Он наблюдал за моим приближением огромными круглыми глазами. Я села на лавочку и посмотрела на него.

– Мне жаль, - сказал он.

Сожаление было шагом в правильном направлении.

– Ты подверг гостиницу опасности. Устроил неприятности мистеру Родригесу. Ты практически убился. Как думаешь, что бы с тобой сделали полицейские, если бы поймали?

Он втянул голову в плечи, изо всех сил стараясь казаться меньше.

– Что было таким важным, что ты решился на поездку средь бела дня?

Он моргнул глазами.

– Подарок.

– Какой подарок?

Он заерзал в сети.

Я кивнула. Из потолка выскользнул узкий ствол лазера и выстрелил в сеть импульсом голубого света. Она опала.

Ку вскочил на ноги и открыл большой отсек в своем скоростном байке. Он полез в него и достал оттуда ярко-красную пуансетию в обернутом золотистой фольгой горшке.

– Это он?

Винг кивнул.

– Ты украл его?

– Я его купил.

– Чем же ты за него расплатился?

Он полез в карман своих доспехов и показал мне пригоршню мелких золотых капель в форме слезы. Что ж, кому-то сегодня повезло.

– Зачем?

Он присел на полу рядом с пуансетией и поникшим голосом сказал:

– Совсем как дома.

– Ты скучаешь по дому?

Он кивнул.

Мой праведный гнев испарился. Вселенная была такой огромной, а Ку - таким маленьким.

– Почему ты уехал?

– Приключения, - сказал он.

– Ты можешь вернуться обратно?

Он кивнул.

– Когда стану героем.

– Знаешь, доставить мне послание о сестре было довольно героическим, - сообщила я.

– Недостаточно.
– Он поднял руки, рисуя большой круг.
– Большой герой.

Он посмотрел на меня, словно ожидая подтверждения, что это достойная цель.

– У всех есть мечта, - сказала я.
– Ты добрый и храбрый. Однажды ты станешь большим героем.

Ку улыбнулся мне, продемонстрировав полный рот жутковатых зубов динозавра.

– Пока что ты останешься в гостинице, - сообщила я.
– Не пытайся уйти. Гостиница тебе не позволит. Давай найдем хорошее место для твоего цветка и польем его. Ты знаешь, что они бывают еще и белыми?

Создание комнаты для Ку было намного проще изобретения клубящегося потолка для Хиру. Еще до того, как самой стать хранительницей, я делала несколько номеров для Ку в гостинице родителей. Я использовала привычную тему деревянных стен, скрепленных деревянными полосами, и деление на три уровня. Первый уровень был на полу, второй создавали напольные подушки, а третий представлял собой насест под потолком с гамаком рядом с окном, позволявшим видеть улицу. Я добавила несколько канатов и качели из лиан. Когда мы подошли к комнате, Гертруда Хант достала растения из хранилища, и Винга встретили гирлянды цветущих лиан с качелями. Он прижал свою пуансеттию, вскарабкался по веревке, ведущей на насест, и устроился в гамаке. Проверка всех канатов и качелей займет его хотя бы на несколько часов.

Я только закончила с его обустройством, когда у меня в голове прозвенела магия. Звон был ниже обычного. Я подумала над этим какое-то мгновение, а затем меня осенило. Мистер Родригес.

Я выглянула из окна коридора. У подъездной дорожки вежливо ожидал белый фургон без окон. Когда я ездила к мистеру Родригесу, то сделала точно так же. Я ступила во владения его гостиницы и ждала. Когда никто меня не вышвырнул, я пошла дальше. Я не знала, в чем заключался должный этикет, но сидеть здесь и заставлять их ждать не казалось мне приемлемым.

Я спустилась по лестнице, вышла на улицу и помахала фургону. Он дал задний ход, развернулся, и заехал на дорожку. Вышел мистер Родригес. Он был мужчиной чуть за пятьдесят, с бронзовой кожей и темными волосами, тронутыми сединой. Его челюсть обрамляла подстриженная борода.

– Дина.

– Мистер Родригес.

Я шагнула вперед, и мы обнялись. Вероятно, это было нарушением этикета, но мне было наплевать.

Юная версия мистера Родригеса выпрыгнула с пассажирского сидения машины.