— Отвечу на ваш первый вопрос. Мы просто обсуждали царевича Блистательного Первенца, — вступил в разговор Даргер.

— Этого позера! Никогда не встречала столь на­доедливого человека. Почему он вечно вертится под ногами?

— Хитрая Лиса, он с вами флиртует, — объяс­нил Довесок.

— В этом все дело? Он явно перемудрил. Лучше бы просто подошел и признался, чего хочет. Я бы ему отказала, и мы избавили бы друг друга от лиш­них волнений.

— Насколько я понимаю, он ничего от вас не хочет, а только пытается заставить ревновать главарха Белую Бурю.

— Вот оно что. Тем лучше. Значит, в его поступ­ках есть хоть какой-то здравый смысл.

— Что вы думаете о нем как о военачаль­нике?

— Знакомый типаж: бесстрашный воин, вели­кодушный победитель, мужественный побежден­ный. Всегда скачет впереди войска. Непревзойден­ная доблесть. В битве выглядит так же лихо, как на картине маслом. Но я предпочту одного толко­вого грязнулю-пехотинца, чем два десятка таких, как он. Войны выигрывают не герои, а дисципли­нированные солдаты с умеренной тягой к выживанию.

— А что насчет главарха Белой Бури?

— Она сделана из другого теста. Воображения никакого, но для подчиненного это часто хорошее качество. Она умеет и слушаться, и распоряжаться. Спорим, она с радостью пойдет на смерть, если ей прикажут. Тайный Император не ошибся, когда возвысил ее.

— А как вам Мощный Локомотив? — спросил Даргер.

— Главком Мощный Локомотив не уверен в се­бе, а потому путает упрямство с решительностью и жестокость с силой. Он обладает всеми качества­ми злого врага и ни одним — доброго друга. В уме­лых руках он стал бы неплохим заместителем, но для этого уж слишком высоко поднялся по карьер­ной лестнице. Не советую оставлять на него захва­ченные территории — честолюбие затуманит его разум воображаемыми обидами, и рано или поздно он поднимет восстание. Также не советую пони­жать его в звании — он уподобится надтреснутому клинку и подведет в самый неподходящий момент. Как ни крути, он для вас обуза.

— И как бы вы поступили с ним на моем месте?

— Убила бы. И лучше сделать это быстро. Он непредсказуем.

— У моего друга Обри очень доброе сердце, хо­тя во всем остальном он совершенно замечательный человек. Не в его характере опускаться до убийства ради практичности, — пояснил Довесок.

— Я сделала о нем такие же выводы. Но он спросил, и я ответила, — пожала плечами Хитрая Лиса. — Кстати, когда на днях Тайный Император спросил, кто разработал план грядущей битвы Трех Армий, я или он, я тоже сказала правду.

Все замолчали.

— Полагаю, это такая шутка? — нарушил ти­шину Довесок.

— О, нет. Я говорю на полном серьезе.

— Очень опрометчиво с вашей стороны, — про­говорил Даргер.

Хитрая Лиса изобразила удивление:

— В самом деле? И почему?

— Возможно, вам это неизвестно, но импера­тор... — Довесок непроизвольно оглянулся и пони­зил голос, — ...не вполне предсказуем.

— Бешеный, как пьяный сумчатый барсук, по слухам. Но я рискнула. Он больше всего ценит пря­моту. Я рассказала ему все, что он хотел услышать, и подвергла тщательному анализу шансы на успех, сильные и слабые стороны армии и личности всех его военачальников. Кстати, он считает вас не­надежными, но полезными, и я согласилась. Это было опасно, но я хотела кое-чего добиться.

— Вы имеете в виду, лицезреть поражение ва­ших врагов?

— Это и еще пару мелочей.

Довесок с Даргером попытались разузнать под­робности, но Хитрая Лиса держала рот на замке.

В приподнятом настроении Бессмертные выса­дились на травянистую равнину к югу от Оперы и занялись лагерем. Со стороны они больше напоми­нали циркачей, которые устанавливают шатры и выгуливают животных, чтобы позже развлечь пу­блику представлением, чем солдат, которые гото­вятся к тому, чтобы как можно эффективнее убить и покалечить как можно больше врагов.

— Из-за тебя и Гениального Стратега семейный бизнес завял на корню, — заявила Огненная Орхи­дея. — Какой бы коэффициент ни предлагал На­дежный Мул, в этой битве никто не хочет ставить на наше поражение.

— От ужасов войны никто не застрахован, — посочувствовал Довесок. — Может, мне научить родичей какой-нибудь азартной игре из Земли Зе­леных Гор На Западе?

— О, не учи ученого! Мы уже организовали бои сверчков. Маленькая Паучиха нарисовала золотой значок копирайта на спинке одного сверчка, и все ставят на него — думают, что у него особые гене­тически модифицированные способности. Почему ты проводишь столько времени с Хитрой Лисой? Наш брак снова под угрозой?

— Начнем с того, что нашему браку никогда ничего не угрожало. И это просто выдающееся до­стижение, потому что существует он лишь в твоем воображении. Что касается Хитрой Лисы, она явно что-то задумала. Гениальный Стратег попросил ме­ня за ней приглядывать — он надеется расстроить ее планы.

— Какие именно планы?

— Если бы мы знали, то не сидели бы сложа руки. А так остается мучиться неизвестностью.

День битвы начался с ясного прохладного утра. Более благоприятное время для массовой резни бы­ло трудно представить. Армии Двойных Городов и Республики Центральных Равнин разбили лагеря у гряды невысоких холмов, спускающейся к пойме Длинной реки. Пустынная равнина между холмами и армией Тайного Императора идеально подходи­ла для жестокого кровопролития. За лагерем Бес­смертных протянулось болото, и в случае чего от­ступать пришлось бы на запад, где поджидали не­пролазные леса. С точки зрения тактики, их позиция была далека от совершенства.