Глядя на чуть качнувшую головой Амелию Боунс, у меня отлегло от сердца. "Вот и не верь после этого в сказки. В смысле, что сделано доброе дело не вернется к тебе с прибытком!"

– Хм...
– несколько неуверенно, как мне показалось, Боунс прочистила горло и начала свою речь.
– В связи с тем, что обвиняемый является полноправным лордом, то согласно пункту "эф" главы три закона Гампа номер семь дробь три от двенадцатого декабря тысяча семьсот четвертого года "О серьезных нарушениях Статута Секретности и применении непростительных заклинаний", а также приравненных к ним проклятий и ритуалов из списка "Волхвания премерзостнейшие и запретнейшие" от первого февраля тысяча семьсот семнадцатого года и приложению номер "A-десять" от тысяча девятьсот третьего года к нему, а также прецеденту от седьмого июня тысяча семьсот двадцатого года, я требую, чтобы в процессе использовалась соответствующая правовая норма.

– Обоснуйте, - приказал Дамблдор.

– Согласно свидетельским показаниям, заверенные Депертаментом Магического Правопорядка флаконы воспоминаний с копиями свидетельских показаний приведены в приложении "Б" тома два, во время проведения дуэли лорда Винсента Логана Крэбба и наследника семьи Бейтс Эгберта, лордом Крэббом был проведен ритуал под названием "Испивающий взрыв". Данный ритуал Магии Крови, предназначенный для того, чтобы изъять жизненную силу жертвы и поглотить ее заклинателем, в чем-то очень похожий на способ питания вампиров, однозначно классифицируется как темномагический и запретный.

– Принимается, - немного подумав ответил Верховный Судья.

– Также, я требую принять собранные Департаментом Магического Правопорядка свидетельства очевидцев в качестве доказательной базы обвинения.

– А предварительный допрос обвиняемого?

– Учитывая его статью, предварительный и основной допрос можно совместить.

– Обоснуйте.

– Прецедент от пятнадцатого сентября тысяча восемьсот седьмого года.

Дамблдор почему-то внимательно посмотрел на меня, потом легонько пожал плечами и согласился с Боунс.

– Принимается.

– Тогда, согласно принятой правовой нормы я требую у обвиняемого доказательства его невиновности. В случае, если обвиняемый не сможет ее убедительно доказать, я настаиваю на... пожизненном заключении на верхних уровнях магической тюрьмы Азкабан.

Услышанное было подобно удару под дых. "Что?" - только и смог ошарашено подумать я, на фоне поднявшемся на трибунах гула. Вот так вот, на ровном месте присесть на всю оставшуюся жизнь? Ну, пусть, и не на всю, а на год-два, до первого или второго массового побега, но... Кормить дементоров!

– Напоминаю обвиняемому, - очень выразительно произнес Дамблдор, - что согласно применяемому сейчас к вам пункту "эф" главы три закона Гампа номер семь дробь три от двенадцатого декабря тысяча семьсот четвертого года "О серьезных нарушениях Статута Секретности и применении непростительных заклинаний" даже однократного вашего признания вины в любой форме, в том числе вербальной, будет достаточно, чтобы суд вне всяких разумных сомнений вынес обвинительный приговор.
– услышав эти слова Дамблдора Боунс заметно поморщилась.

"А. Ясно все. Вот как, оказывается, в свое время присел Блэк. И я точно так же сяду, если буду сейчас бездумно молоть языком. Это как раз тот самый случай, о котором говорится в классической форме: "любое ваше слово будет использовано против вас". Но какова оказывается тетка Сьюзен! Хотела меня на этом подловить? Чтоб "срубить палку" поскорее? Вот хрен тебе!".

– Ваше слово, обвиняемый.

– Я невиновен, верховный судья!

– Вы должны доказать, - выделил это слово Дамблдор, - свою невиновность. Одного голословного отрицания обвинения недостаточно для оправдания.

– А голословного обвинения достаточно для приговора?

– Увы, но да. Пункт "эф" главы три закона Гампа номер семь дробь три подразумевает в случае, если подозреваемый является полноправным, признанным Магией и/или министерством лордом, то в отношении него делопроизводство производится согласно правовой норме, подразумевающей презумпцию вины ответчика. Также, как вы видите, - Дамблдор кивнул на пустующую конторку, - ему не предоставляется министерского адвоката. Однако, в связи с принадлежностью подсудимого к Совету Лордов к нему не может быть принудительно применена процедура легилименции или допрос с веритасерумом. Его защиту...

– Верховный судья, я заявляю протест! Объяснение процессуальных норм не являются предметом данного дела и не имеет к нему никакого отношения!

"Сука Боунс! Она реально меня топит! За что? Что я тебе такого сделал, что ты меня так ненавидишь? Для мести за или от Сьюзен, особенно, если учесть, что мы с ней особо не ссорились никогда, это слишком жестко. Малфой в деле? Ведь это он, поди, тварь, натравил на меня Бейтсов. Больше вроде бы дорогу я никому не переходил, а для истории с кольцом Бейтсы слишком англичане. Или это так меня к себе привязывает "добрый судья" Дамблдор? Так можно было бы и проще все сделать..."