– Как семья? Как муж? – спросил, чтобы убедиться: я ведь угадал?

– Сэма больше нет, – проговорила она, прочистив горло. – Погиб два года назад. И чтобы ответить сразу на все вопросы: детей завести не успели, так что я одна. – Ее слова отдавали некоторой жесткостью, словно она не позволяла никому жалеть ее, и отголоском пережитых страданий.

Внезапно эта ее боль передалась мне, заставив сердце сжаться. Чувства спутались: облегчение перемешалось с ощущением вины.

– Белла, я осёл! Прости, бога ради, за мою бестактность – не знал.

– Не извиняйся, я в норме. Ты и не мог знать. Так что я просто живу дальше… Стараюсь, по крайней мере.

Она замолчала: тема для разговора иссякла. Можно снова разойтись… Но я, действительно, был бы простофилей и никогда не простил себе, если не предпринял бы попытки удержать ее.

Я дотронулся до ее руки – Белла не отдернула ладонь. Тогда я легонько сжал маленькие замерзшие пальчики, и они чуть дрогнули, намекая на взаимное пожатие. Еле удержался, чтобы не прикоснутся к ее пальцам губами. Эта девушка как будто бы излучала светлую энергию, в лучах которой я не отказался бы находиться постоянно.

– Белла, не будет ли наглостью с моей стороны как-нибудь угостить тебя чашкой кофе? Клянусь: это тебя ни к чему не обяжет.

Остановка сердца.

– Хорошо.

Я облегченно выдохнул:

– Ты продиктуешь мне свой номер телефона?

***

Я вернулся в ресторан. Но за обедом от меня постоянно ускользала нить беседы с Лиамом. С моих губ не сходила бессознательная улыбка – передо мной стояло нежное лицо Беллы, ее чистый взгляд… Друг рассказывал о переменах в своей жизни после нашего выпуска, что-то спрашивал. Я односложно отвечал да, нет. Внезапно он поинтересовался:

– Сделка оказалась на редкость удачной?

– Извини, не просек, о чем ты?

– Ты выходил звонить такой серьезный, а вернулся сияющий, словно откопал клад царя Соломона. Или я ошибаюсь?

Я только рассмеялся:

– Ну что-то типа того… А что так заметно?

Лиам наклонился ко мне с заговорщицкой миной и усмехнулся.

– Не то слово, приятель, не то слово! – Он откинулся на спинку стула. – И всё же ты имей в виду мое предложение насчет Рождества в Дублине.

– Спасибо, дружище, но, наверное, как-нибудь в другой раз.

Теперь я окончательно определился, где и с кем мне бы хотелось быть в Рождество.

***

На первое свидание я пригласил Беллу в кафе «Гарден». Вполне демократичное местечко в Порт-Анджелесе, где можно спокойно посидеть, не привлекая внимания посторонних – два удобных диванчика друг напротив друга и небольшой столик посередине. И там готовили неплохой кофе.

Я старался не перебарщивать с расспросами. Белла отвечала скупо, тщательно подбирая слова и нервно теребя льняную салфетку. Чарли заочно вызвал симпатию – настоящий мужик, заботящийся о своей семье и дочери. А мать Беллы, словно кукушка, оставила ребенка отцу и полетела дальше, озабоченная только личной жизнью. Последующее их общение ограничивалась короткими телефонными звонками и редкими обязательными поздравлениями.

Меня поразила доброта Беллы, широта ее сердца – она нисколько не держала зла на Рене, относясь к ее выбору с пониманием…

И, похоже, она все-таки любила этого Сэма…

***

За чашкой кофе последовал фирменный десерт, и я с удовольствием про себя отметил, что Белла наслаждается каждым кусочком брауни. Сразу вспомнилось: бывшая супруга вечно худела – сидела на каких-то дурацких диетах.

Не могу даже сказать: любил ли я Ирину? Возможно, вообще не испытывал ничего, кроме потребности иметь постоянного сексуального партнера.