– А если я не из благородных?

– Слыхали мы эту песенку, – не отступал генерал. – Старо.

– Но может, мне все надоело. Может, я устал.

– Отдохнете, ваше величество, – вкрадчиво улыбнулся советник. – В курортных местах у нас есть закрытые, для посторонних, разумеется, дома отдыха. Позагораете, покупаетесь, утренняя зарядка, массаж...

– Тоже мне открытие – закрытые дома. У нас их навалом.

У генерала кончились патроны. Отстреливаться было нечем.

– Ну что это? – беспомощно развел он руками. – Ломается, как целка.

– У меня нет права на этот проклятый трон, – вскричал в отчаяньи Квак.

Генерал решил изменить тактику: от штурма перешел к осаде.

– А куда денешься? – увещевал он. – Не бойтесь, ваше величество. Где наша не пропадала! Поначалу, может, страшно будет, нет слов, потом попривыкнете.

– Зачем привыкать? – заныл Квак. – Может, я просто играл роль. Лицедействовал, как актер. Спектакль закончился, и больше я ничего не хочу. Надоело. Зачем все это?

– А творческое удовлетворение? – интеллигентно подкрался главный советник.

– Оно возможно при хорошей игре...

– Игра прекрасна, – смазал маслицем советник.

– ... и при благодарных зрителях, – закончил Квак.

– Даже я раскошелился, – не выдержал казначей. – Куда дальше?!

– Так точно! – согласился генерал со своим постоянным противником. – Это переходит все границы. Давайте поставим его к стенке. Мы тут с ног посбивались, а он через губу не плюнет. К стенке!

В глазах Квака забегали белые барашки вроде тех, что появляются на море, которое потревожил ветер.

– Одумайтесь, – взывал к благоразумию Квак. – Шила в мешке не утаишь. Население узнает, вас же призовут к ответу.

– А я призову всех на воинскую службу. – Генерал поправил медаль «За досрочное выполнение пополнения армии».

– Все равно все узнают. Это же истина. – Квак задумался, потом проговорил уже совсем удрученно: – Хотя в истину верят меньше всего.

– Вы имеете в виду «Нашу истину»? – спросил главный советник. – Там будет изложено все, как нужно. Наши добровольно-принудительные подписчики в нее всегда верили и будут верить.

– А если нет – заставим, – пообещал генерал.

– Заставлять – это средневековые методы. О них уже все забыли.

Генерал потер обшлагом рукава орден «За подавление беспорядков» первой степени.

– Вспомнят, если забыли.

Распахнулась дверца, из домика выглянула кукушка.

– Сами-то, субчики, небось тоже забыли.

– Ты про что, старуха?.. Проснись, – отозвался генерал.

– Про что, про что!.. Крепки задним умом. Про карнавал, конечно. Ку-ку... Ку-ку...

– Акулина, у нас чрезвычайное положение. Отсрочь, пожалуйста, – попросил советник.

– Ку-ку...

– Акулина, пасть порву, – вояка приподнялся с места.

Советник еле успел удержать его за штаны.

– Генерал, как вы разговариваете с женским полом! Повремени, Акулина. У меня есть духи «Привет с Кавказа»... Слышишь, Акулина?

– Тоже мне! Не жмись, советник... Не на такую напал.

– «Шанель №5», Акулина.

– Флакончик, небось, сувенирный, махонький.

– Что за счеты! – вмешался казначей.

– Нет, нет – большой, Акулина. Фирменный магазин «Казанова» на Елисейских полях.

– Привезли давно?.. Поди все выдохлось?

– Только что доставлены. С дипкурьером.

– Так и быть, – уступила кукушка, – обожду. Но недолго. Поскорей закругляйтесь.

Дверца захлопнулась.

– Да, – сокрушенно произнес главный советник, – у всех на уме карнавал. Танцы, вино, женщины...

– А мы тут канаберимся, – перебил генерал.

При упоминании о вине и женщинах Квак ощутил прилив сил и потенциальной энергии. Скепсис улетучился. Король почувствовал себя бодрым и вполне готовым на карнавальные подвиги.

И – о, боги! – словно солнце вдруг выглянуло посередь мрачного неба. Лучезарной улыбкой король одарил всех, вышел из-за стола и пересел на трон.

– Так вы двойник или не двойник, ваше величество? – подступил к нему главный советник.

– Если б я сам знал, – игриво произнес король и надел корону.

– От него можно ожидать всякого, шепнул советник приблизившемуся казначею. – Он непредсказуем.

– Вы правы, – отозвался казначей. – Я прикажу сменить замки на монетном дворе и в алмазном фонде.