Увидев ее, Кис притворился спящим. Королева подкралась сзади, прикрыла его глаза пухлыми ладошками и нежно произнесла:

– Милый, ау!

Король захрапел.

– Дорогой, ты должен угадать мое имя.

Тогда Кис назвал всех фрейлин подряд.

– Какой же ты недогадливый, – сказала королева, отняла свои мягкие ладошки и предстала перед супругом.

– А, это ты, – зевнул король.

– Я тебя прощаю, – не обиделась королева. – А теперь догадайся, с чем ты можешь поздравить свою дочь?

– Неужели родила?

– Ну что ты, дорогой! – Королева всплеснула руками. – Она ведь еще не замужем.

– А разве одно другому мешает?

– В нашем роду мешает. И вообще ты принцессу совсем зашельмовал: такая, сякая, ни на что не способна...

– На что она способна, знает вся Мышландия. Лучше помолчим.

– Ты всегда мне затыкаешь рот, если речь заходит о дочери. Что ты от нее хочешь? Она молода и привлекательна. А потому любит танцы...

– Не любит, а помешалась.

– ... следит за модой...

– Не следит, а гоняется.

– ... посещает бары...

– Скажи – пропадает.

– ... ходит в театр абсурда...

– Абсурда?.. Опять еврей-режиссер?

– Ты даже не знаешь, какая у нее творческая натура.

– Что она еще натворила?

– Ее работу недавно приняли в Доме моделей.

Король хотел зевнуть, но слишком уж удивился, забыл.

– Какую работу?

– Портативный безразмерный бюстгальтер.

– А-а, – все же зевнул король. – Неужели...

– Вот видишь, – не дала договорить супруга, – заинтересовался.

– ...Неужели в нашем королевстве можно еще кого-нибудь соблазнить голыми титьками?

– Голыми – нет. Но при помощи ее модели...

– Гм... Так с чем же поздравить принцессу? С бюстгальтером?

– Нет. Она привела жениха.

– Я его вчера видел. – Кис начал рассматривать свои ногти.

– Это новый.

– Новый? – Король оборвал заусеницу. – Откуда он взялся?

– Это уж сам спрашивай. Кстати, вон они идут.

Что сказать о принцессе? Она была копия маменьки, разве что несколько моложе, еще выше и красивее. Но не намного. На ее женихе не было нарядного костюма с гвоздикой в петлице, в руках он не держал букета роз для родителей невесты. Зато на нем были потертые джинсы фирмы «Монтана» и серо-белые кроссовки «адидас». Он молча жевал американскую гуму и вообще был парень хипповатый, а потому скучал.

– Добрый день, папочка. – Принцесса чмокнула отца в плохо выбритую щеку (у королевского цирюльника кончились импортные лезвия).

– Добрый.

– Папа, угости сигареткой.

– Дурная привычка – стрелять сигареты.

– А что прикажешь, бычки собирать?

– Пойди да купи. У меня кончились.

– В королевстве тоже кончились. Что за бардак! Скажи мне по-честному... нет, лучше по-отцовски, почему нет сигарет?

– Я скажу по-матерински, – вмешалась королева, – хорошо, что кончились. Минздрав давно предупреждал: курить вредно.

– Все ясно: происки Минздрава, – с облегчением вздохнул Кис. – Сегодня же сменю министра.

– А ты, – сказала королева принцессе, – смени свои привычки. Ну, скажи нам ласково, по-дочернему: я, мол, бросаю курить.

– Лучше я скажу по-матерному, – дерзко улыбнулась принцесса.

– Только не при мне. – И королева так энергично заработала веером, будто заранее собиралась отогнать от себя все то, что должно было вылететь из уст дочери.

– Ладно, в другой раз, – смилостивилась принцесса.

– Не могу, задыхаюсь от пошлости.

– Папа, не фонтанируй. Сколько можно!

Король ткнул полусогнутым перстом в парня:

– Жених, что ли?

– А то кто же? – подтвердила принцесса.

Король испепеляюще оглядел парня с головы до ног. Другой бы на месте жениха задымился, но хиппиози даже не перестал жевать.

– Чем он занимается? – спросил король.

– Как – чем? – удивилась принцесса. – Жених.

– Профессия не самая престижная.

– Ничего. Перезимует.

– Он мне не нравится, – заключил король.

Принцесса дернула плечиками: