Шрифт:
– Ничего, перенесёт! Я это беру на себя, - авторитетно и успокаивающе ответил Касьян.
– Ой, как замечательно! Впервые в жизни за меня кто-то решит мою проблему!
– Кстати, я тоже забыл тебя спросить - какого ты там Самосу упомянула? Уж не Педро ли, случаем?
– Да, случаем, Педро. А ты откуда его знаешь?
– Да кто же его там не знает? Олигарх по местным меркам!
– Но ты-то его как знаешь?
– Ну, как ни как, я там дважды был: мы семьёй туда ездили и жили на той же самой вилле.
– И Шоцикасов знаешь?
– Конечно. Занимаются фотографией: Борис - фотограф, Пенелопа - ассистент у него.
– Так вот, Пенелопа мне и рассказала про махинации Михася.
– Ну, что тут скажешь - жук! Хотя нам, родственникам, никаких пакостей не подкладывал. Слушайте, а куда мы сейчас едем? У кого какие предложения?
– Сначала меня отвези домой, - сказал Диман.
– Так, понятно, сделаем.
Попрощавшись с Диманом, Касьян спросил Валерию:
– А каковы наши дальнейшие действия? Я, например, предлагаю поехать ко мне и представлю тебя своим родителям.
Валерия, после некоторого раздумья, предложила свой вариант:
– А давай совершим сумасбродный поступок: просидим тут, в машине, и до рассвета прошепчемся. Это будет, как разграничительная линия между старой жизнью и новой. Наша новая жизнь начнётся с рассвета, и мы будем рассказывать про этот рассвет своим детям. Кстати, а ты сколько хочешь детей?
– Я? Пятерых. А ты?
– крайне заинтересовано включился в приятную тему Касьян.
– А я, как и ты, только с уточнением: не менее пяти! Как думаешь - потянем?
– Думаю - потянем. Я работаю сварщиком, получаю не менее ста тысяч. Числюсь в одном сервисе, а работаю и в других, где нет сварщика. Через год поступлю в политехнический, на сварку. Сварщики всегда будут нужны, так что без хлеба не останемся.
– А я буду ветеринаром. Эта специальность тоже хлебная. Мама тоже ветеринар, и мы откроем свою ветлечебницу. Да, вот что: давай позвоним своим родителям и предупредим их, что мы здесь, а утром наметим дальнейшие действия. Хорошо, что завтра суббота.
– То, что завтра суббота, это, и правда, хорошо. А то, что нынче пока ещё апрель, и ночью будет ощутимо прохладно, это плохо. Посему предлагаю изолироваться от него в подземном гараже.
– А как же рассвет?
– Очень просто: когда он начнётся, а начнётся он где-то около шести часов, мы выйдем ев улицу.
Гараж был рассчитан на сорок пять мест и четыре из них занимали машины Михася.
– Здесь мы и скоротаем ночь. Если проголодаемся, воспользуемся неприкосновенным запасом. Если начнём подмерзать, то тоже есть чем укрыться. Всё, что нам может сегодня понадобится, находится в тех коробках, - Касьян указал на две картонные коробки за сиденьями.
Неожиданно выдал сигнал Касьянов телефон. По мелодии он определил звонящего, чем крайне был озадачен:
– Дядя Михась! Зачем я ему понадобился в такое время? Дядя Михась, я слушаю. Что-то случилось?
– Да, Касьян, случилось! Позвонил какой-то аноним и предупредил, что я занесён в какой-то чёрный список! Поэтому я отложил дела во Франции и уже нахожусь во Внуково. Завтра в десять утра буду в нашем аэропорту: приеду разбираться и оповестить кого надо. Как там мой "Москвич"? в порядке? Я уже лет пять его не трогал. Он на ходу? Сможешь на нём подъехать? Это нужно для конспирации.
– Дядя Михась, а не лучше будет оставаться там до выяснения?
– Нет, не лучше. Для выяснения всплывающих обстоятельств могут возникать кое-какие вопросы, касающиеся конфидициональных сведений, а это уже не для телефонного разговора.
– Ну, ладно, вам виднее. Дядя Михась, раз уж ты позвонил, хочу спросить тебя кое-что.
– Спрашивай. У меня пока время есть.
– Ты знаешь некую девушку по имени Валерия?
– Валерия, Валерия... Где-то проскальзывало такое имя, но где? Не могу припомнить.
– Но он же знает меня, как Валькирия. Напомни ему, - спохватилась Валерия.
– Ты должен знать её, как Валькирия.
– Аааа! Валькирия! Ну, как же, как же её не знать! Занимательная штучка!
– Эта "занимательная штучка" моя невеста ...пока. В ближайших планах намечен поход в ЗАГС. Кстати, она говорит, что ты её продал Самосе: мне нужно её выкупать?
В телефоне - молчание. Затем:
– Ты меня огорошил! Не могу с мыслями собраться. И давно это у вас стряслось?
– Что стряслось?