— Что делать?! — в какой-то тихой панике спросил Виер, глядя то на Лорина, то на Морика, - А? Что делать?!

Морик выглядел чуть серьёзней, но… эта растерянность в его глазах и словно какое-то смирение было ужасным. Я даже пошатнулась, словно стоя заснула. Меня тоже одолел шок. Это ж Лорин! Тот, который держит в страхе весь город! Он же… непобедимый! .. Или всё же он такой же смертный, как мы все? ..

 — Зови сюда остальных, — тихо, но уверенно выдал Морик наконец.

Виер его почему-то не слушал. Он смотрел на тяжело дышащего альфу, который, кажется, не слышал никого.

 — Виер, твою мать! — рявкнул Морик, испугав меня, — Живо!

Парень тоже дёрнулся и, закивав, быстро вылетел из дома, чуть не сбив и меня с ног.

На несколько долгих секунд воцарилась звенящая тишина. Морик, как вкопанный стоял и смотрел на своего друга. Какой вид у него был. Он не верил в происходящее, наверное, так же, как я. Просто стоит и ждёт, когда всё вернётся на круги своя, ведь этого не может быть! Это неправильно!

 — Что… случилось? — обрела я дар речи, глядя на смиренное лежащее тело.

Морик несколько раз моргнул и повернул голову в мою сторону.

 — Бюрт… они сцепились за городом, — прошелестел Морик, — Я ещё не знаю, что толком случилось…

И когда этот весельчак посмотрел на меня, то я… словно увидела себя. Потерянность, ужас, неверие и боль. Его глаза словно остекленели. Этот… не верю. Морик, он так смотрел на Лорина, будто теряет не предводителя, а отца. Неужели этот деспотичный тиран… был кому-то дорог? Боги, я не верю. Но вот я стою здесь, возле умирающей проблемы и понимаю, что мне просто не повезло. Он плохой, но только для меня. Не в то время, не в том месте и всё полетело в тартарары. Они, его стая, они любят его. Пытаются спасти, пытаются не дать ему уйти…

Вскоре весь дом наполнился ликанами. Прибежала вся его стая. А Мелинда и Майла почти сразу же завыли в голос. Я когда это услышала… у меня холод по спине пробежал. Я стояла возле косяка и наблюдала то, чего увидеть даже не думала. Они провожали Лорина. Мужчины просто смотрят, не зная, что сказать или сделать, а девушки… они везде одинаковые. Воют, льют слёзы, ищут поддержки.

Весь этот ужас творился недолго. Стоя здесь, я ругала себя потому, что собиралась сделать самую абсурдную вещь, на которую вообще способна. Я пыталась себя сдержать и просто подождать, дабы дать уйти этому негодяю, но что-то и внутри меня ныло и болело. Он не может просто так уйти. Не может! Почему? А я не знаю… просто, это же Лорин. И эта глупая причина была веским поводом.

Ничего не говоря, я на негнущихся ногах обошла всю эту делегацию, подошла к дивану и присела на корточки. Отчего меня пошатнуло и я чуть не упала, но сумела удержать равновесие. Ни о чём не думая, схватила за ворот его подратой рубашки и дёрнула на себя. Тонкая ткань не выдержала и треснула.

 — Что ты…? — подал голос Виер, но его вопрос потонул в женских всхлипах.

Взору открылась глубокая рана на левом плече. «Она не одна» — поняла я по пятнам на рубахе. Рванула ещё раз и увидела ещё одну косую рану на левой груди. Порезы кровоточили, медленно пропитывая диван, подушку и покрывало.

 — Он же… вы же должны… у вас же всё заживает, — пробормотала я, силясь сообразить.

Почувствовала чьё-то приближение. Чьи-то пальцы коснулись раны и тут же исчезли.

 — Волчий корень, — тут же выдал Морик изменившимся голосом, — Эта падла его отравленным ножом пырнула.

 — Но это же запрещено, — тут же жёстко произнёс Франк, — Его не подпустят к месту, он его заработает, как крыса.

Мужчины вдруг, очнувшиеся от неведомого транса начали так поносить Бюрта и всю его стаю, что у меня вяли уши.

 — Это неважно, — тихо произнесла я, и они стихли, — Он умрёт от потери крови.

К дивану, рядом со мной села Мелинда. Её красное лицо и нос оказались возле руки альфы. Она её поцеловала и положила щёку на его запястье.

 — Борись, Лорин… мы ведь не сможем без тебя, — прошептала она, глядя в его безмятежное лицо.

В смысле борись?! Что за глупости? Ему же нужна помощь!

 — У вас есть лекарь? — теперь я обернулась.

Ликаны перевели свои взгляды на меня.

 — Откуда? — не понял Тур, — Они нам не нужны.

Я выпала в осадок. Да быть того не может.

–  Как? А если вы серьёзно заболеете, то что? — не понимала я.

 — Мы не болеем, всё само заживает, — пояснил Морик.

Охренеть. Я даже не думала о таком никогда, поскольку считала, что это глупости! Лекарь должен быть!

 — Вы не лечитесь? Совсем? — непонимающе обвела их взглядом.

 — У нас иммунитет ко всем болячкам, — всхлипнула Мелинда, — Если яд ещё не добрался до сердца, то он выкарабкается…

Что?! Надеется на авось?! Боги, простите меня, пожалуйста, но я не могу…