Покосилась на него таким взглядом, что всё далеко не так хорошо, как он думает.

 — А мне хорошо с моими волосами, — съехала я с опасной темы. — Пусть грива, но зато моя собственная.

Да, уход большой требуется, но я к ним привыкла. Как мама умерла, больше не подстригала их. Обычно раз в полгода кончики ровняла, но больше совсем их не трогаю. Распущу, то ниже середины спины будут. Хорошие, густые. Права матушка, гордость моя почти единственная. Титул и звание «леди» нечто неуловимое, а вот волосы… моя собственно выращенная честь.

Приведя себя в порядок, оглянулась. Сплошной сосновый бор. И куда же идти? Влево или вправо? Вперёд или назад? Никаких особенностей местности я не приметила. Справа вдалеке действительно стояли лошади. Сквозь стволы деревьев проглядывали их чёрные бока. И как же мне быть?

 — Богдана, иди погрейся, — вполне мирно предложил Тур. — Лорин не скоро вернётся.

Я растерялась. Хотелось уйти. Но что-то мне подсказывает, что мне не позволят. Или нет?

 — А вы Лорина сильно боитесь? — потирая бёдра, задала я вполне нормальный вопрос.

Мужчины сразу переглянулись.

 — Не совсем, — чуть вскинул бровь Тур. — А зачем тебе?

Да, в принципе, незачем.

 — Может быть, я уйду, а вы скажете, что меня… медведи уволокли? — жалобно вскинула брови.

Тур сразу улыбнулся и вздохнул. Кажется, мне откажут.

 — Садись, — шатен просто указал на место рядом с собой.

Понятно. Виер в метре от меня. Может быть, получится? Рыпнулась в сторону лошадей, и Виер почти сразу же повторил мой манёвр.

 — Ну, так же не честно, — застонала я, закрыв лицо руками. — У меня, как у девушки, должна быть фора…

Парень осторожно коснулся рукой моего предплечья. Я продолжала хныкать. Слёз не было, просто нервы и разочарование. Я хочу домой…

 — Пойдём, — мягкий голос Виера удивил меня. — Всё рано делать нечего.

Продолжая закрывать лицо руками, пошла к костру. Ненавижу. Что за жизнь? Даже убежать не дают.

Осторожно присела у костра и сразу же почувствовала тепло. Руки от лица отнимать не хотелось. Стыд и злость не позволяли. Такое чувство, что меня подвесили. Вроде жива, но ничего сделать не могу. Только ждать. Ну, и молиться ещё.

Раздались шаги, и рядом со мной, с другой стороны, кто-то сел. Большая рука довольно ощутимо хлопнула меня по плечу.

 — Ну, что, мелкая, расскажи, чего это ты с жизнью прощаться решила? — его тяжёлая рука заставила меня наклониться в его сторону.

Ну, хватит…

 — Лучше умереть, чем жить рабыней, — сразу же выдохнула я, продолжая держать лицо в ладонях. — Морик, ты что-нибудь мне сломаешь, не надо так сильно…

Его рука словно чуть приподнялась, убавляя свой вес. Спасибо хоть на этом.

 — Чтобы не быть рабыней достаточно уметь быстро бегать, но у тебя это плохо получается, — рассмеялся усач. — Я думал, Лорин тебя прикончит.

 — Я, как бы, тоже, — скривила губы и поджала колени к груди. — Но ваш… главный не умеет держать данные обещания.

Упёрла лоб в коленки, спрятав лицо ото всех. От огня шёл жар, и с каждой секундой мурашки всё сильнее распространялись по всему телу. Оказывается, вокруг было прохладно. Постепенно, мышцы расслаблялись и дарили покой. Но меня по-прежнему подташнивало и голова болела.

 — Богдана, какая же ты… — Морик красноречиво замолчал. — Обещаний он тебе не давал. Предложил выбор и всё.

А какая, собственно, разница?

 — Вы-то откуда знаете? — буркнула я.

 — Мы слышали, — не стесняясь, усмехнулся усач. — Ты, кстати, хорошо держалась.

 — Вообще-то, — наконец подняла я лицо и посмотрела в серо-зелёные глаза, — подслушивать нехорошо.

Достал уже. Брюнет сидел прямо напротив меня по другую сторону костра. Его бледного цвета глаза пугали меня здорово. Волосы чуть длинноватые сейчас как-то зачёсаны назад. Чуть худощавое лицо… встретить его в тёмном закоулке не хотелось.

 — А что в этом нехорошего? — весело вскинул мужчина брови. — Нам интересно. Тебе бы тоже было любопытно.

 — Вот вам меня не жалко было? — всё же поджала я губы.

Не хотела я об этом говорить. Мужики ещё нашлись. Хоть бы кто вступился. Сволочи. Лишь бы поглазеть. Ну, точно звери. Да! Люди почти такие же, но я их тоже не оправдываю!

 — Так, ты же сама нарвалась, — словно удивившись моим словам, криво улыбнулся Морик. — Поносить альфу вообще-то нельзя.

Альфа? Ой, да хоть Утренняя Звезда. Плевать я хотела.