«Я даже не подумал проверить родные владения, — понял Джи. — Я просто просматривал имя за именем, отсеивая тех, кого считал наиболее преданными сторонниками Хозяина Огня».

— Но Садао с главного острова, — возразил Джи.

— Да, сэр, — подтвердил Сабуро. — Владение Хозяина Огня Созина. И его принц здесь.

«О».

Духи, заключенный в этом смысл пугал его.

— Я не привык думать о владениях, — признался Джи. — Мы так долго были единым народом… Думаю, план принца имеет свои достоинства. Но как человек с Шу Джинга, что вы об этом думаете?

— Мы не воевали между собой на памяти живущих, — сурово сказал Сабуро. — Это будет тяжело, сэр. Трудно и больно. — Он вздохнул. — Но если земля должна сгореть… сгребите сухие листья из-под деревьев с гнездами, намочите всё, что сможете, кидайте искру… и молитесь. — Он выпустил птицу по направлению к берегу и посадил следующую на перчатку. — Хорошо, что мы отправляем её сейчас. Ещё до заката бриз с моря принесет дождь, если мой нос меня не подводит. Ещё несколько минут, сэр, и я свистом укажу ей курс. А вы занимайтесь своими офицерскими делами.

Джи поднял бровь.

— В Шу Джинге все такие, как вы?

— Конечно нет, сэр. Некоторые бедные, обездоленные души бывают ещё и вежливыми.

***

— Это, — сухо отметил Хакода, взвешивая в руке успокаивающую записульку Джи, — чересчур уж вежливо.

Устроившийся на опоре палатки в ожидании ответа почтовый ястреб чистил перышки.

— Наши гости заявляют, что ни о чем не знают, — сообщил ему Бато. — Хотя Тэруко сказала, что это может быть несчастный случай с Садао и взрывной смолой. — Он сделал паузу. — И Зуко… ну, он холоден, как всегда. Но когда он думает, что его никто не видит, он выглядит… — Бато пытался подобрать слова. — Мне неприятно это говорить, но он выглядит, как ты. Когда кто-то из нас задумал что-то рискованное, и нет ни одной благословенной Луной вещи, которую ты мог бы с этим поделать.

«Как я?» Хакода нахмурился при этой мысли. Посмотрел на ястреба, а потом на укрытие из спрессованного песка, которое с трудом можно было разглядеть за стоящими между ними синими палатками. Почему Бато подумал, что покоритель огня мог выглядеть как…

«Следы на песке».

— Хакода?

Вождь поднял руку: «жди». Он нахмурился ещё сильнее, обойдя собственную палатку и спустившись к линии прибоя, где шорох волн смывал царящий в его голове шум. Он бросил взгляд на палатку целителя, где его дети ухаживали за своим другом, пока покоритель воздуха блуждал между сном и явью. И набирался сил перед следующим визитом Зуко.

«Аанг в надежных руках. Хватит беспокоиться».

Вода, берег и тишина. И если вода была слишком теплой, а запах моря другим… Что ж, он привык к этому за прошедшие два года. Хотя это не утоляло его отчаянную тоску по дому.

Если принц в изгнании чувствовал хоть долю этой отчаянной тоски, тогда Зуко воистину был опасным молодым человеком.

«А он опасен. И даже очень».

— Я не думаю, что Зуко дворянин, — задумчиво сообщил Хакода.

— Принц, — напомнил Бато, привыкший к странным выводам своего старого друга. — Пусть и в изгнании, но благороднее не бывает.

— Он не дворянин из Царства Земли, — пояснил Хакода. — Ты же встречал их. Из некоторых выходят хорошие лидеры, но… они стали лидерами не потому что они лучшие. Они занимают своё положение, потому что они дворяне. Плохие лидеры просто чаще умирают от рук Народа Огня.

— Получить положение по рождению, — фыркнул Бато. — Я рад, что мы не настолько безумны. Сокка, скорее всего, станет вождем после тебя — и пусть Туи и Ла ещё долго этого не допустят! — но твой сын знает, что он должен это заслужить.

— А чем занимался Зуко все три года изгнания? — настойчиво спросил Хакода. — Он искал их злейшего врага, Аватара, которого они считают способным на… такое.

Бато поморщился. История про Киоши расползалась по лагерю со скоростью приливной волны. Каждый мужчина во флоте сталкивался с теми демоническими штормами. И каждый мужчина знал, что значит жить на берегу, на который обрушивается стена воды.

— Они долго вынашивали обиду. Если это правда.

— Такую обиду стоит вынашивать. Если это правда. — Хакода посмотрел на гримасу Бато. — Зачем ещё мы здесь? Чтобы убедиться, что Народ Огня никогда больше не убьет наших жен и детей. Да я готов сражаться с ними и сто лет, если потребуется. Как и ты.

— Возможно, — признался Бато. — Но Киоши мертва.

— Правда? — прямо спросил Хакода. — Зуко сказал, что он встретил Року и Янгчен, когда пытался исцелить Аанга. Сокка рассказывал, что видел, как Аанг был Року. И Киоши, когда нужно было рассказать правду о смерти, произошедшей почти четыреста лет назад. — Он остановился, потому что ему не нравился ход собственных мыслей. — Если это правда… тогда, в некотором смысле, пока жив Аватар, существует и Киоши.

— Это ничего не меняет.

— Да? — тихо спросил Хакода. — Мне не хочется признавать, что покоритель огня может быть в чем-то прав, но Айро дело говорит. Противостоять злу — это одно. Противостоять людям, ведомым ненавистью… куда более трудная битва.