Западня.

Драться.

Они хотят забрать меня.

Я должна… должна…

Сора, Лэнс и Кейси вскочили на ноги, я не вижу их — все красное, слишком много красного, — и Чейз держит меня еще крепче.

— Моя, — рычит он.

— Отпусти ее.

— Нет, — говорю я, вынуждая тело подчиниться своему приказу и заставляя окружающий мир не вращаться перед моими глазами. — Не отпускай.

Все, что я знала в этой жизни, было враньем. То существо, монстр, который убил мою семью, он все еще был здесь, и Каллум знал об этом. Знал, но скрывал от меня, прятал Чейза, и не потому, что тот был опасен, а потому, что Бешеный был у него в голове.

Потому что вместе мы бы это разгадали.

— Отпусти ее. Сейчас же!

Воздух задрожал от напора Лэнса. Я не представляла, каким он был сильным и как близок к тому, чтобы самому быть альфой. А то, что он говорил очень редко, придавало его словам особую силу. Волк Чейза повиновался приказу, пятясь назад, рыча и огрызаясь.

Его пальцы отпустили мои плечи.

ПОВИНУЙСЯ. ПОВИНУЙСЯ. ПОВИНУЙСЯ.

Меня ломало. Плющило. Мне не хватало воздуха. Я почувствовала панику Чейза, и это каким-то образом позволило мне не запаниковать самой. Мое зрение стало идеальным — потому что он еле видел. Мои мысли не путались — потому что его были в беспорядке.

Западня, донеслись до меня его мысли. Драться. Брин.

Я почувствовала, как Чейз сходит с ума. Увидела, что он теряет над собой контроль — понемногу, шаг за шагом. И вспомнила, что я сделала с Девоном, когда, растерявшись в подобной ситуации, попала в западню, и выхода совсем не было.

Если он бросится на Лэнса, они убьют его.

Драться.

Смотри на меня, подумала я, борясь с туманом в голове, своей и его. Только на меня, Чейз.

Я могла бы перекрыть мою связь со Стаей, могла бы найти оправдание выставленной блокировке своего сознания, но я этого не сделала.

Вместо этого я, напрягшись всем телом в попытке сохранить свои самые главные инстинкты, собрала все, что было между мной и Стаей, все, что связывало нас, делало меня одной из них — каждый невидимый волосок, связывавший меня с моими братьями-волками, — и бросила все это Чейзу.

Мой, подумала я.

Западня. Драться. Выжить.

Мой.

Потом — фуух! как будто воздух в одно мгновение высосали из комнаты, и наступила тишина. И Стая ревела на меня уже откуда-то издалека, совсем неслышно. Тишина.

Тишина и Чейз.

— Ты что это сделала только что? — грубо спросил Кейси, но на его лице было написано что-то вроде ужаса. — Вы двое, вы что это такое сделали?

Чейз посмотрел на Кейси, потом на меня. Паника исчезла — и у меня, и у Чейза, — и ее место заняло энергичное напряжение, теплыми нитями проходившее сквозь наши тела, притягивающее нас друг к другу дюйм за дюймом.

— Я могу не отвечать, — сказал Чейз растерянно, — хотя обычно, когда они о чем-то спрашивают, я должен ответить. — Он склонил голову набок. — А это все-таки еще там… Каллум. Волк. Стая. Я могу слышать их, но сейчас все по-другому. — Чейз наклонился вперед, зарывшись носом в мои волосы, и втянул носом воздух. — Это ты.

— Она перенастроила связи, — глухо сказала Сора. — Теперь они друг для друга на первом месте, а Стая — на втором. — Я чувствовала, как ее душа рыскала вокруг меня, проверяя, где кончается наша связь, пытаясь уничтожить то, что я сделала, что бы это ни было.

— Это невозможно, — возразил Лэнс, обменявшись взглядами с Сорой, и их взгляды напомнили мне, что опыт многих столетий научил их разбираться в мельчайших деталях выражения лиц друг друга. — Или нет?

— Моя, — сказал Чейз и потерся щекой о мою шею.

Я вздрогнула — от прикосновения било, как от электротока.

— Мой, — согласилась я, зарываясь рукой в его волосы. — Но только без сумасбродства. И я — не твоя собственность. И еще каждый сохраняет свою независимость. — Я пихнула Чейза локтем. — Правильно?

Он пожал плечами:

— Конечно.

Наверное, это очень здорово, что он не родился обром.

— Они идут сюда. — Это снова Сора. Ее голос по-прежнему бесстрастный.

— Кто? — спросила я.

— Тот, кто находится достаточно близко, чтобы почувствовать, что здесь только что произошло, — ответила Сора. Она закрыла глаза, пытаясь узнать их, и мне стало интересно, смогу ли и я сделать это когда-нибудь, если, конечно, очень постараюсь. — Маркус. Братья Коллинз. Все твои одногодки, кроме Девона. Кое-кто из жен.