Говорит так уверенно, четко.

Точно знает, что делает.

А сама уже мчится за стойку, сумку экстренную забирает.

Адриан смотрит на экран.

Затем смотрит на башню.

Опять на то месиво, и снова на башню.

— Я понял. О, Господи. Я всё понял. Надо скорее бежать.

Плагг мчится за ним.

Припустился, как раньше.

— Постой, да о чем ты?! Скажи нам, парень! Куда ты помчался?!

Агрест останавливается. Смотрит на них.

О, Господи.

Времени вообще нет.

Каждая секунда на счету.

— Ты видишь, куда идут люди? — кинул зацепку.

Молли смотрит вместе с Маринетт на экран.

— К Башне, — отвечает она. — Но взрыв уже был. Не понимаю, к чему ты ведешь.

Адриан подходит ближе и выхватывает из их рук планшет.

Вводит что-то в адресной строке.

Показывает им экран.

И на нем мелькает тот день, когда первый взрыв устроила Ло.

Сначала Маринетт только сильнее пугается.

Путается в мыслях, собрать их не может.

— Двойной взрыв, — выдыхает Молли. — Она ведет людей к Башне, чтобы там запустить бомбу снова. Туда все люди стекаются, точно пушечное мясо…

Молли тут же хватает телефон. Сабин набирает.

Чтобы близко не подходила, и людей далеко уводила.

Иначе погибнут все.

— Я есть хочу.

Плагг снова не понял.

Господи, да за что им все это?!

Молли вытаскивает из-за стойки кусок сыра и дает малышку в лапы.

А сама всё ещё кружится, вещи все собирает.

И мобильный телефон разрывается.

— Мне нравится эта женщина, — довольно отзывается он, разом заглотив сыр. — Возьмем её с собой?

— Плагг, когти!

Трансформация проходит гладко, без всяких заминок.

Агрест просто больше не мог выносить того, что с Плаггом произошло.

Поэтому ни слова даже не сказал.

Маринетт вся дрожит.

Адриан подходит к ней, руки на плечи кладет.

— Это мой бой, сама понимаешь.

Девчонка кивает. Несколько раз.

Обхватывает его лицо руками.

Притягивает ближе.

Я-так-за-тебя-боюсь.

Искусанные пухлые губы накрывают его.

Целуют так, что ломает.

Целуют так, словно прощай.

Адриан отрывается от неё, лицо в ладони захватывает.

Смотрит прямо в глаза.

— Я вернусь, тебе ясно? — пожалуйста-только-не-исчезай, — Всё будет хорошо, — только-останься-в-живых.

Дюпэн-Чэн кивает.

Последний раз крепко к себе прижимает.

И Адриан разворачивается.

Прочь убегает. Мчится и мчится.

Не-оборачивайся-не-оборачивайся.

Орет эти слова в своих мыслях.

И мчится по крышам, по скверам и дворикам.

Даже не замечая, как по щеке бежит скупая мужская слеза.

Всё будет в порядке.

Он-убьет-ЛжеБаг.

Все станет, как прежде.

Он-расправится-с-Ло.

Они с этим справятся.

Адриан уже мчится по мостовой прямо к Башне.

И скорость такая, что ветер в ушах свистит.

— Адриан!

И резко вдруг останавливается.

Оборачивается, смотрит по сторонам.

Голос знакомый. Знакомый до боли.

Только чей? Непонятно.

Кругом только месиво неизвестных ему людей.

— Адриан! — так пронзительно.

И находит копну в толпе.

Светлую.

И знакомый чистейший взгляд.

— Хлоя? — полувыдох.

А она мчится в толпе, уворачивается от ударов.

И к нему бежит, а глаза горят.

Не под действием акумы.

Она человек без проклятья.

Подбегает к нему, тяжело дыша.

— Адриан…

— Ты в своем уме, Хлоя?!

Рычит. Буквально рычит.

Хватает её за руку, заводит за телефонную будку.

— Какого черта ты делаешь здесь?!

Она испугалась.

Не того, что творилось вокруг.

Вовсе нет.

Его взгляда.

И смотрела на него так, словно ничего больше не видела.

Не моргала.

Вдохнула, а про выдох забыла.

— Я хочу помочь, — замирает.

В глазах решимости столько, что хватит на город.

Адриан тяжело дышит.

Времени мало.

Глаза сами собой смотрят вверх, на второй ярус.