Отец невесты сидел в мезонине у окошка и гадал, что дать Эллу в приданое. В будни царь Сморчок торговал на базаре грибами и ходил просто в балахоне. Но сегодня, по случаю свадьбы, облачился с утра в праздничные одежды. Тяжкими были для царя эти торжественные выходы. Жесткий воротничок жал шею, а от лисички, которую он воткнул себе в петлицу, почему-то несло гнилью.

Время от времени старик вынимал из нагрудного кармана будильник, смотрел, который час, чтобы не пропустить начало празднества.

Царь Сморчок очень любил грибы. Но была у него и другая страсть — часы. И потому решил он подарить дочери ходики. Каждый час в циферблате распахивались ставенки, выскакивала кукушка и куковала столько раз, сколько показывала стрелка.

Ну, да ладно, солнце взгромоздилось высоко-высоко и стало помаленьку катиться к закату. В назначенное время

Эллу и Сийм встретились в березовой роще. Здоровенный жених в коротких штанах взял за руку дородную невесту в широченном платье, развевающемся на ветру, и повел ее, как положено, к должностным лицам. Там их имена записали в книгу, сказали несколько проникновенных слов и объявили, что теперь они составляют единую и неделимую семью. Вот так появилась у Сийма-Силача жена, а звать ее стали Эллу-Мухоловка-Силачиха.

Возвращаясь домой, в палаты царя Сморчка, оба не чуяли под собой ног от радости. Эллу трещала, как сорока, да и Сийм еле-еле сдерживался, чтобы не захохотать во все горло. На краю канавы они сели передохнуть, и Эллу сплела себе венок. А так как цветов росло на лугу видимо-невидимо, Эллу свила несколько венков поменьше. И надела их на запястья и щиколотки. Глядя на жену, Сийм решил, что и ему не мешает принарядиться. Сломал макушку молодой елочки и сунул ее в нагрудный карман белого сюртука.

Во дворе царя Сморчка молодоженов ждали с нетерпением. Завидев молодую чету, старуха Трийну забила в барабан, а правой ногой потянула веревку, из дома послышались звуки гармони. Оказывается, Смышленая Трийну повесила гармонь на стенку, привязала к ней веревку, а другой конец веревки прицепила к ноге. Так что когда Трийну раскачивала ногой, в придачу к барабанной дроби пиликала гармошка. Гости, стоявшие позади барабанщицы, хлопали в ладоши. Старый пасечник орудовал дымокуром в такт музыке, окуривая молодых облаками душистого дыма.

Когда умолкла дробь барабана и рассеялись благовония, вперед выступил сам царь Сморчок. В одной руке он держал гусиное перо, в другой — стеклянный пузырек с жидкостью, изготовленной из навозника — чернильного гриба. Рядом с ним встала Киллу с березовым подносом в руках, на котором лежала самая главная книга сморчкового рода. На пожелтевших от времени страницах были записаны все предки Эллу и Киллу — мужчины, женщины, дети, начиная с седьмого века, когда Сморчки поселились здесь.

Эллу обмакнула гусиное перо в пузырек и большими буквами вывела в книге имя Сийма-Силача. Так дылда Сийм был причислен к роду Сморчков. Когда Эллу справилась с этим трудным делом, Трийну опять забила в барабан и задергала ногой. А гости хором запели: «Так будьте здоровы, живите богато!»

Киллу унесла драгоценную книгу в дом и вернулась с дубовой тарелкой, на которой стояла большая чаша. Эллу поднесла чашу Сийму. Шепотом она объяснила ему, что это волшебный напиток: в сморчковом роду его варят из грибов с веселым названием веселки, которые растут на дюнах.

Сийм отхлебнул большой глоток, а Эллу только пригубила. Напиток пришелся им по вкусу и согрел сердца. Сийм, набравшись храбрости, при всем честном народе звонко чмокнул Эллу в обе щеки.

По этому случаю снова забил барабан, а из комнаты раздались звуки гармошки.

Гости громко зааплодировали, и Сийм подумал, что успехом у публики пользуются не только цирковые артисты.

Тут Киллу пригласила всех в дом, где были приготовлены подарки, и молодых стали одаривать.

Первым вручил свой подарок отец Эллу, он преподнес дочери ходики с кукушкой. Царь Сморчок привязал к часам ремень и посоветовал зимой, когда кукушки не кукуют и сердце разрывается от тоскливого безмолвия, носить их на шее.

Смышленая Трийну подарила молодоженам лозу ломоноса и наказала посадить ее у крыльца их будущего дома: по старинному поверью, он приносит в дом семейное счастье. Киллу принесла в корзинке Эллу и Сийму по индюшонку. Гости же словно сговорились: каждый второй принес дюжину тарелок, каждый третий — набор ножей и вилок, каждый четвертый — упакованный в большую коробку пылесос, а каждый пятый выложил на стол утюг.

Сийм-Силач взмок, принимая подарки, пот лил с него градом. Эллу стояла рядом с ним, прыскала в кулак и крутилась как волчок — подол платья так и развевался. Гости были рады, что руки у них освободились от ноши, и вообще настроение у всех было приподнятое.

Ну, да ладно. Когда подарки сложили, оказалось, что тарелки горой громоздятся от пола до потолка, утюги стоят в ряд, словно тут не палаты царя Сморчка, а городская гладильня, а груда ножей и вилок едва уместилась в бельевой корзине.