Приступ пришел неожиданно. Только что я спокойно глядел на плывущие по небу облака, как вдруг сознание поплыло, меня резко затошнило, голову сжали тиски боли, а сердце остановилось.

Я рухнул на землю, хватая ртом воздух и колотя себя кулаком в грудь. Сердце не желало биться, и я ощущал, как жизнь покидает тело.

"Атака тьмы на разум субъекта отклонена", - вместе с этой надписью вернулась и жизнь. Сердце вновь забилось в прежнем ритме, а воздух ворвался в легкие.

Жадно хватая ртом, я ощутил, как расслабился разум. Ощущения были будто бы родился заново после едва не пережитой смертельной опасности.

Что это было? Атака тьмы? Но как, и самое главное, откуда? Священник Вильям ведь уверял, что выжег всю тьму во мне. Он клялся, что я никогда не буду подвержен ее влиянию. Выходит, он ошибался?

И что мне делать теперь?

В этом городе был только один человек, к которому я мог обратиться, и который не разболтает другим. Епископ Галл. Он общался с Чумой, и наверняка был в курсе его истинной сущности. Он должен знать, как сдержать эту тьму во мне.

К нему я и направился.

К моему удивлению, епископ воспринял рассказ спокойно, лишь в конце задумчиво хмыкнул.

– Похоже, вы ожидали подобного исхода, - заметил я. Он кивнул.

– Так и есть. Пойми, Кей, однажды завладев твоей душой, тьма никогда ее не покинет. Да, она может отступить, затаиться, спрятаться, выжидая момент. Но она обязательно ударит вновь. Это был лишь вопрос времени, когда случится подобный всплеск.

– И как мне теперь быть?

– Ты не сможешь избавиться от тьмы. Но можешь научиться контролировать ее, используя для своих нужд.

– Каким образом?

– Медитация. Особая медитация, - улыбнулся Галл.
– Я научу тебя. Достаточно будет дважды в день медитировать по часу, чтобы обуздать тьму в себе.

– Я точно смогу подчинить ее?
– с сомнением спросил я. Он пожал плечами.

– Все зависит от тебя. Если будешь достаточно сильным, то сможешь. Но всегда помни, что тьму невозможно уничтожить. Только обуздать.

– Хорошо, - кивнул я.

– Иди за мной, - вздохнул епископ, направляясь прямо по коридору. Похоже, он сильно устал за день, а тут еще я со своими проблемами. Конечно, неприятно было отвлекать Галла, но мне нужна была его помощь.

Свернув направо, епископ остановился перед небольшой дверью. Вынув из кармана ключ, он дважды повернул его в замочной скважине, а затем толкнул дверь.

Мы оказались в совершенно темной комнате. Окон не было, а стены оказались занавешены тканью. Ни одного источника света.

– Такая же комната есть у настоятеля Рея из Рейвенрока, - заметил я. Галл рассмеялся.

– Рей всегда был горазд на выдумки. У него я и взял эту идею с комнатой для медитации.

– Вот оно как, - хмыкнул я.
– Похоже, такое помещение лучше подходит.

– Конечно. Для более глубокой медитации нужно, чтобы ничто не отвлекало извне. А теперь садись на пол.

Я послушно сел, ощутив под ногами мягкий ковер.

– Закрой глаза. Слушай мой голос...

Епископ начал говорить на неизвестном языке. Нечто похожее я уже слышал прежде, когда Вильям стал моим проводником в Нексус. Сам я туда попасть не мог, сколько ни пытался после. А теперь вновь ощутил, как бездна утягивает на глубину, очищая от лишних мыслей и чувств.

На поляне царила ночь. Звезды сверкали белым, а небосвод отливал чернотой. В свете лун цветы, казалось, сияли, каждый по-разному.

Я наклонился, коснулся пальцем ближайшего ко мне.

"Желаете открыть воспоминание?", - выскочило сообщение. Я нажал на кнопку "да".

Передо мной снова возник экран, на котором парень лет двадцати пяти сражался с мертвецами. Они не были похожи на обычных людей, двигались как-то рвано, будто что-то их сдерживало. Но парень сражался грамотно, не позволяя себя ранить. В правой его руке был меч с узорчатым лезвием, а в левой - большой щит, по центру которого был изображен ворон. Рыцарь отбивал неточные атаки зомби щитом, а после отрубал конечности, дробил черепа.

Он действовал без спешки, одни лишь скупые движения. Даже сквозь экран я ощущал силу, что переполняла его. Он был даже сильнее Миора.

Лицо рыцаря я видел лишь мельком, понял лишь, что он весьма молод. Но вот, мертвецы были повержены и парень повернулся ко мне.

Я ощутил, как волосы встают дыбом. У него было мое лицо, только чуть более взрослое. Разве что глаза отличались от моих: пронзительно-синие, будто скованные льдом, они заставляли ежиться от страха. Похоже, это и есть Низвергнутый. Тот, кем я когда-то был.