Вздыхаю, понимая, что противостоять ему бесполезно. Если он так уверен, что нужно ехать, значит, я поеду. Мне не оставили выбора.

Однако вместе с безысходностью в сознании, наконец-то, появляется дельная мысль.

«Не разочаруй меня» - написал Эдвард. Я постараюсь.

– Я могу позвонить? – с надеждой прошу, предвидя, как вернусь в детскую за телефоном и смогу хоть немного прийти в себя, увидев маленького ангела.

– Мистеру Каллену?

Он видит меня насквозь…

– Да.

Ничуть не замедляя шага, телохранитель выуживает из кармана пиджака свой мобильник, за пару секунд набирая неизвестный мне номер.

Телефон оказывается в моей свободной левой руке. Правая снова во власти Джаспера.

Поспешно прикладываю приборчик к уху, вслушиваясь в длинные гудки.

Один.

Второй.

Третий.

Они все не прерываются и не прерываются. Длятся, кажется, вечность.

Мы спускаемся по лестнице и следуем к черному входу, а трубку все так же никто не поднимает.

– Не отвечает? – интересуется Хейл.

– Нет… - возвращаю ему телефон, хмуро глядя на темные стены.

– И не ответит, - голос мужчины становится тверже, а ладонь, что сжимает мою руку, делает это сильнее.

Хочу спросить почему, но телохранитель дает объяснение раньше вопроса.

– Ему сейчас не до звонков.

– Что произошло? – спрашиваю снова, надевая уже знакомую мне куртку, протянутую Джаспером.

– В машине, - отвечает тот.

Торопливо зашнуровываю ботинки с разноцветными шнурками, то и дело путаясь. Пальцы отказываются повиноваться.

Может, я все-таки сплю?

Все это сон.

Глупый и ненормальный.

Совсем скоро я проснусь.

Осталось немного…

Тяжелая дверь распахивается перед моим носом, выпуская на ледяной воздух.

Пощечина от мороза больно царапает кожу.

– Живее, - «Бентли» припаркован гораздо ближе, чем раньше. Бежевый салон встречает меня запахом календулы, слегка подпорченным чем-то неестественным и горьковатым.

Едва успеваю занять переднее сиденье, как Джаспер, взявшийся из неоткуда, включает зажигание, резко выворачивая руль вправо.

С громким визгом шин автомобиль разрывает на части ночную тишину, срываясь с места.

Яркий свет фар совершенно безжалостно вспарывает темноту.

Вжимаюсь в кожаное сиденье, стискивая пальцами края куртки.

Дрожь не проходит, хотя в салоне благодаря активированной мужчиной печке достаточно тепло.

Зажмуриваюсь, пытаясь успокоиться. Хотя бы немного.

Не помогает.

– Что ты сегодня ела? – напряженный голос Джаспера, являющийся частью мглы машины идеально подходит по мелькающие за стеклом ели и сосны.

Скорость, с которой мы пересекаем лес, явно запрещена. Мне кажется, машина и не едет вовсе. Летит.

– Каша, курица, - с трудом припоминаю содержимое тарелки на ужин, перечисляя его. Какого черта ему вообще надо это знать?

– Джером ел?

– Немного…

Изумленно гляжу на мужчину. Даже страх притупляется.

С какой стати мы обсуждаем рацион мальчика? Мой?..

– Когда? – Хейл делает вид, что не замечает моего удивления, напряженно вглядываясь в петляющую дорогу. Боюсь смотреть туда же, понимая, что не удержусь и закричу. Тени от деревьев то и дело касаются приборной панели.

– В восемь.

– Два часа… - глава охраны хмурится, немного поворачивая голову в мою сторону – Кто принес?

– Марлена, - продолжаю отвечать хотя так и не получила объяснения такому допросу.

– Вряд ли, - сам с собой рассуждает Джаспер, сворачивая влево.

Теперь впереди, за лобовым стеклом, виднеются фонари трассы.

Так быстро?!

– Скажи мне, что происходит! – взмаливаюсь, прикусывая губы.

Непонимание достигает пика, смешиваясь со страхом и безысходностью.

– Мистер Каллен отравлен, - без доли эмоций произносит Хейл. Такой ответ начисто шокирует.

Мои внутренности сжимаются в единый комок. Дыхание прерывается. Руки до белизны пальцев сжимают материю куртки.

Я ослышалась, так ведь?

Сознание лихорадочно подбирает другую трактовку для слов мужчины.

Нет…

Не может быть…

– Что? – переспрашиваю, стараясь поселить в себе уверенность, что просто не правильно поняла Джаспера.

– В его еде был яд, Белла, - напряженно констатирует тот, разбивая вдребезги последние надежды.