Наблюдаю за ним краем глаза, поражаясь такому самоконтролю.

Мне бы хоть каплю его уверенности.

– Ты видишь будущее? – раздраженно спрашиваю я.

Голова мужчины немного поворачивается в мою сторону. На губах играет усмешка.

– Почему ты так решила?

– Ты не волнуешься…

– А зачем?

Боже, его позиция вводит меня в ступор.

– Он умирает…

– Ты здесь, значит, не умрет, - оптимистично заверяет Джаспер, глядя на меня так, будто я не понимаю прописную истину.

«Не дашь…»

– Почему? – стону, запрокидывая голову и упираясь спиной в холодную стенку. – Почему ты так уверен?!

– Потому что других вариантов нет, - мужчина пускает в голос каплю серьезности, - если ты не справишься, погибнешь вместе с Джеромом.

Вырисовывающаяся в сознании и так четко описанная телохранителем перспектива заставляет дрожать.

– Ты ведь этого не допустишь? – изогнув бровь, осведомляется он.

– Никогда… - шиплю сквозь зубы, зажмуриваясь.

– Ну, вот видишь, - мужчина пожимает плечами, разминая затекшую шею.

На этом наш диалог прерывается. Хейл ничего более не говорит, позволяя мне обдумать уже полученную информацию.

Правда, вероятность, что сейчас я смогу это сделать, минимальна. К тому же, силы понадобятся и для помощи Эдварду. Глупо тратить их на ненужные, неиграющие особой роли мысли.

Постараюсь просто поверить, что смогу удержать моего похитителя здесь. В конце концов, Джаспер прав. Если не станет папы, Джерри тоже долго не протянет. Я не протяну…

– Ты ведь не уйдешь? – сама не замечаю, как обращаюсь к Хейлу с этим вопросом. С надеждой.

Понимаю, что говорю, когда мужчина уже дает ответ.

– Нет.

Твердо и решительно, но при этом совершенно спокойно.

Хорошо… Хоть какое-то успокоение. Если глава охраны будет здесь, его вера, возможно, подпитает и мою. Не знаю, насколько мне хватит собственной.

Внезапно размышления принимают совершенно другое направление.

Вопрос формируется сам собой, когда факты собираются вместе.

– А Джером?

– Что «Джером»? – мужчина стряхивает с плеч невидимые пылинки.

– Если кто-то…

– Все меры безопасности давно приняты, - Джаспер не дает мне даже закончить, - от того, буду я в особняке или нет, работа охраны не изменится.

Он во всех уверен? И во мне, и во Флинне, и в подчиненных?

Есть хоть кто-то на этом свете, обделенный его верой?

Похоже, что нет.

Едва слышный скрип от раскрывающейся двери проносится ураганом по моим рецепторам, больно ударяя в их чувствительные места. Морщусь, наблюдая за тем, как доктор покидает комнату. Вслед за ним невидимым шлейфом следует уже знакомый мне запах. Притупившийся, ослабший, но не выветрившийся. Да и как это возможно в закрытом пространстве?

Обращаюсь во внимание, готовясь услышать каждое слово, которое скажет этот человек.

Джаспер зеркально повторяет мою позу. Его непосредственность частично улетучивается.

К доктору он подходит с менее безмятежным лицом, чем когда разговаривал со мной наедине.

– Пока состояние мистера Каллена удовлетворительное, - негромко сообщает Флинн, делая вид, что не замечает меня за своей спиной.
– Капельница должна помочь справиться с ядом. Думаю, у нас есть три лишних процента «за».

Всего три?

– По-прежнему нужно ждать утра? – кусаю губу, стремясь обратить внимание доктора на себя.

Получается.

– Да.

Значит, время ожидания не уменьшилось. Жаль…

Наблюдаю за немым диалогом Джаспера с Флинном, оканчивающимся тем, что белобрысый кивком головы указывает на меня.

Помедлив не больше двух секунд, и, видимо, получив какое-то безмолвное объяснение, обладатель кофейного костюма поворачивается ко мне.

– Изабелла, верно?

– Белла, - поправляю, нахмурившись.

– Мистер Каллен хочет Вас видеть, Белла, - говорит мужчина. В его серых глазах поблескивает настороженность, но в большей степени – удивление. Чем?

– Я могу войти? – с надеждой смотрю на дверную ручку, на которой подрагивающим бликом отражается неяркая лампа.

– Конечно, - Флинн самостоятельно раскрывает передо мной дверь.
– Только не долго. Ему нужно поспать.

– Конечно, - эхом отзываюсь, переступая порог спальни.

При первом же шаге мне кажется, будто я переместилась из одного мира в другой. В коридоре освещение не было ярким, но по сравнению с полутьмой этой комнаты, разбавляемой лишь парой светильников в разных углах, там сияла сплошная иллюминация.