Над головой звякнул колокольчик, и вампир за прилавком поднял на меня глаза. В прошлый раз здесь работал другой парень, человек, но для меня не было принципиальным, кто продаст мне палочку.

– Мне нужна…

– Разве? – клыкасто улыбнулся он. – Разве такой, как ты, нужна палочка?

Ох, он понял, что я сквиб. По-хорошему, стоило бы убраться отсюда поскорее, но я, дура, осталась.

– Да. Нужна, - вскинув подбородок, ответила я.

– Очень сомневаюсь, - я не заметила, как тот оказался рядом со мной. Не заметила, когда он вдруг взял меня за подбородок, чтобы заглянуть в мои глаза. От него веяло опасностью и смертью, я это чувствовала даже без всяких способностей. Все, теперь мне конец.

– Мне триста восемьдесят лет. Я видел таких, как ты. Я знал твоего отца.

– Ты ошибся, - я скинула руку вампира со своего лица и отступила на шаг. Он только ухмылялся. – Мой отец маггл, и он умер.

– Ошибаешься ты, - его бархатный голос обволакивал, и я была уже почти в его власти. Дурацкая вампирья магия! – Маггл, которого ты считаешь своим отцом, жив. Как и твой настоящий отец. Такие, как он, не умирают.

– О чем ты? – у меня похолодели руки. Он, должно быть, сумасшедший.

– Ты догадываешься, о чем. Ты не могла не чувствовать, кто ты есть.

– Кто я есть? – у меня задрожал голос. Почему мне было так жутко от его слов?

– Дочь демона, - он расхохотался, и мне стало очень дурно от этого смеха.

– Чертов дебил, - пробормотала я, пулей вылетая из магазина. Это ж надо было наткнуться на сбрендившего вампира!

Я так и не купила палочку. Я не отправилась в Мидлсбро к Эдмонду, передумав уже в аэропорту, перед самой регистрацией (я украла билет и несколько волосков для оборотного зелья у светловолосой девушки, которая была заперта в туалете). Вместо этого я заявилась к своему любимому Человеку-Который-Многое-Мог, чтобы через несколько дней выяснить, что парень, похожий на моего отца, живет в Дублине и занимается стрижкой газонов.

– Я думала, тебя убили, - я крутила в руках чашку с забавными рисунками и смотрела в окно, как двое детей кидают семечки голубям.

– Фелиция… твоя мама пришла ко мне прошлой весной и сказала, что меня хотят убить. Когда я опомнился, оказалось, что мы уже переехали в Дублин, а наш прежний дом сожгли.

Он теперь носил другое имя, как и его жена и дети. Они избавились от всех прошлых контактов, начав новую жизнь. Как программа защиты свидетелей, блин.

Я изо всех сил сдерживала слезы. Перед моим глазами мелькали картинки прошлого. Он предал меня. Не хотел, но предал. А я… Черт. Я убила девять человек, потому что думала, что он мертв. И за всем этим стояла Фелиция. Она никогда не хотела, чтобы мы общались, и не подумала сообщить о том, что он и его семья живы. А вдруг это вообще она подстроила нападение? Быть может, это по ее милости я превратилась в монстра, жаждущего крови, прошлой весной? Я уже ни в чем не была уверена.

– А ты вообще… уверен, что я твоя дочь?

Он смотрел на меня с сочувствием и виной.

– Я не знаю.

Я покинула дом, не прощаясь. Моя жизнь была разрушена, в который раз.

– Альфаро, я всегда безоговорочно доверяла только тебе, - я стояла на пороге его дома, и по мне стекала вода – на улице был ливень.

– Заходи, - старый мексиканец, отец Фелиции и мой дед, кивнул мне, указывая на теплую освещенную гостиную и не задавая вопросов.

Я приняла душ и переоделась в сухое (вопреки моим ожиданиям, дед не выкинул мою летнюю одежду, и я теперь расхаживала в джинсах и толстовке). Он напоил меня горячим настоем трав и только потом согласился выслушать мою историю.

– Ты не сквиб, - для начала сказал он. – Твоя сила внутри тебя, и, похоже, пришло время раскрыться ей полностью. Я надеялся, что этот день так и не наступит. Что тебе не придется узнать правду.

Он раскурил трубку, а я, хоть и сидела, завернувшись в толстый плед, почувствовала, как по спине пошел холодок.

– Фелиция… Моргана, как ты знаешь, дуальный метаморф. У нее всего лишь две личины, которые она может менять по своему усмотрению.

Фелиция – рыжая женщина с зелеными глазами, россыпью веснушек и пухлыми губами. Именно на нее я походила. Моргана – темноволосая бледнокожая красавица, высокая и статная аристократка. Я всегда жалела, что мне не достался ген метаморфности, и я не могу, как она, по своему желанию обратиться в темноволосую королеву.

– Ты всегда думала, что первая, истинная ее личина – Фелиция, - продолжил дед. – Потому что именно от нее, как тебе кажется, ты взяла эти прекрасные волосы и глаза. Но это не так. Первая личина моей дочери – Моргана.

– Что это значит? – сердце забилось так быстро, что я думала, оно выскочит и упадет прямо под ноги деду.

– Моргана… как и Фелиция, впрочем, не твоя мать.

Я не могла вымолвить ни слова, вдыхая ртом воздух и забывая выдохнуть его обратно. Не может быть.

– Твоей матерью была другая моя дочь, Анхелика. Она умерла, когда ты родилась. Перед смертью она умоляла Моргану, чтобы та заботилась о тебе, как о собственном ребенке, и та не могла нарушить данного слова.

Я словно онемела. Голова закружилась. Мне все это снится.

– Девятнадцать лет назад в деревню, где мы жили, приехал иностранец. Его звали Клаус, но это было его ненастоящее имя. При его приближении выли собаки и шипели кошки, а из его глаз ползла тьма.

Мне стало дурно. Ползла тьма. Такое и я видела – у директора Карроты, мистера Дьявола, и еще у одного человека – Северуса Снейпа.

– Я сразу понял, кто он есть, но Анхелика уже была в его плену. Я вырвал ее из его лап, и прогнал его туда, откуда он пришел. Но было слишком поздно – она была беременна и не хотела убивать ребенка. Через много месяцев родилась ты. Когда я взял тебя на руки, то увидел то, чего так боялся. Твои глаза были полны этой тьмы.