— Давайте я зайду в другой раз, — промямлила она.

Эллиот, похоже, не услышал. Не сводя глаз с Оуэна, произнес:

— Может быть, Чейз и не одобряет мою задумку, но, по крайней мере, ему не все равно.

— Ну конечно. Чейз у нас — ангел с крыльями. Ах, простите за святотатство. — Оуэн отвесил Элле насмешливый поклон. — Приятно было познакомиться.

Дверь за ним закрылась с громким хлопком. Эллиот, нахмурившись, смотрел вслед сыну. А когда снова повернулся к Элле, вид у него был озадаченный.

— Так зачем, говорите, вы пришли?

— По поводу вечеринки, — деликатно напомнила Элла.

Эллиот продолжал хмуриться. Элла уже начала беспокоиться, как вдруг он снова заулыбался, и лицо приняло озорное выражение.

— Вы хотели сказать — поминок. Давайте уж называть вещи своими именами.

Выйдя из лифта, Чейз услышал приглушенный смех, мужской и женский. Доносились звуки из дядиного кабинета. Чейз невольно улыбнулся. Ни один человек — ни ребенок, ни взрослый — не в состоянии был сохранить серьезное лицо, заслышав раскатистый хохот Эллиота. А вот женский смех оказал на Чейза совсем другой эффект: тот сразу понял, кому он принадлежит. Элле Сэнборн. За последние несколько дней Чейз частенько о ней вспоминал и собирался ей позвонить. Нужно было обсудить важный вопрос.

День голосования приближался, и дядино торжество рисковало выйти боком всем заинтересованным сторонам. А между тем Элле была известна информация, которая ни в коем случае не должна была просочиться в прессу.

Не успел Чейз направиться к двери дядиного кабинета, как она распахнулась, и оба смеявшихся вышли в коридор.

— Не терпится посмотреть на отредактированные приглашения, — произнес дядя и обернулся к секретарше: — Марлен, вы уже составили список гостей?

— Да. — Добросовестная секретарша достала толстый конверт и вручила начальнику. — Здесь список в распечатанном виде. Электронную версию отправила на и-мейл мисс Сэнборн.

— Замечательно. Спасибо. В награду побалуйте себя шоколадными шариками.

Шоколадные шарики в карамельной глазури были основным продуктом питания в офисе «Игрушек Трамбалл», и Эллиот щедро раздавал их в качестве награды за хорошо проделанную работу. Марлен, однако, и бровью не повела. Но Чейз понимал, что боязнь поправиться тут ни при чем: от сладостей секретарша отказалась исключительно из-за его присутствия. Чейз перевел взгляд на Эллу. Сколько же в этой девушке свежести, обаяния… веселья. Не слишком профессионально — являться на деловую встречу в сексуальных туфлях на каблуках, зато она уж точно никого не отпугивает своим видом. Тут Элла обернулась и заметила его. Улыбка была сдержанной, но подействовала как мощный удар молнии. У Чейза даже сердце замерло.

— Здравствуйте, Чейз.

Почувствовав, что язык тоже не желает работать как положено, Чейз нахмурился.

— Что-то не так? — уточнила Элла.

— Все в порядке.

— Извините, я на секунду, — обратился к ней Эллиот. — Надо расписаться на каких-то формальных бумажках.

И слава богу, подумал Чейз, нахмурившись еще сильнее.

— Вы когда-нибудь улыбаетесь?

Вопрос Эллы застал Чейза врасплох.

— Что?

— Я тут подумала: с тех пор как мы в первый раз встретились, ни разу не видела, чтобы вы улыбались. Ну вот ни разочка!

— По-вашему, это странно?

— Вообще-то да. Очень странно. Ваша компания делает… игрушки! Тут должны работать… жизнерадостные люди!

— Очень интересно. Вы после пяти минут знакомства определили, что я не умею радоваться жизни. Вы всегда делаете такие поспешные выводы?

— Нет, — нахмурилась Элла. — По крайней мере, стараюсь сдерживаться.

— Но в моем случае сделали исключение.

— И когда я научусь следить за языком?..

— Да уж.

Чейз ждал извинений. Но все с той же беспощадной прямотой Элла уточнила:

— Значит, я ошиблась? И жизни радоваться вы умеете?

Кто вообще задает такие вопросы незнакомым людям? Во всяком случае, в компании «Игрушки Трамбалл» смельчаков не находилось.

— Видите ли, на некоторых людях лежит очень большая ответственность. Мы вынуждены относиться к своим обязанностям серьезно, — пояснил Чейз, размышляя о легкомысленном характере дяди и о том, сколько поставлено на карту. При этой мысли Чейз снова вспомнил о своих тревогах. Нечистоплотные журналисты с радостью отвалят Элле кругленькую сумму за неизвестные подробности из жизни Эллиота.

— Кстати, мне нужно с вами кое-что обсудить. Наедине.

— Прямо сейчас?

— Желательно. Если ваша встреча с дядей уже закончилась.

— Да, мы с Эллой пришли к полному согласию, — ответил, подходя к ним, Эллиот. — Но куда ты собрался, у нас же планы! — Эллиот почесал в затылке. — Или я перепутал? Только не говори, что я зря напялил этот жуткий костюм и отменил утреннюю прогулку в парке.

— Да, дядя, у нас действительно планы.

Чейз договорился о совместном обеде с Самнером Торгудом, одним из немногих членов совета директоров, которые испытывали хотя бы крошечные сомнения относительно того, что Эллиота пора отправлять на свалку истории. Чейз посмотрел на Эллу: