— Значит, я так ничего и не вспомню, — проговорил Том.

— Нет, — согласилось существо, — но так даже лучше. То, что когда-то было у тебя удалено, ты заменил остатками души, которая жила в этом теле. Это не так уж и плохо, поверь. А все закладки и установки, которые должны были подавить твою личность, уничтожены, как ты этого и пожелал. Ты сможешь жить полной жизнью, как другие люди. Сможешь любить, радоваться, быть счастливым. Будешь развивать свой талант.

Том медленно кивнул. Да, это было неплохо.

— Скажите, — проговорил он, — а тогда, на базаре, я… я видел вас?

Существо не ответило.

Том вдруг почувствовал, как его тянет назад. Через некоторое время он снова стоял среди леса колонн, из-за которых один за другим появлялись его спутники. Британские волшебники выглядели потрясенными и растерянными.

— Ну что, — прокашлялся Люциус Малфой, — наверное, пора домой, да? Там и поговорим.

С ним, естественно, согласились. И порт-ключ послушно перенес их в арендованный дом.

Разговаривать не хотелось, но расходиться по комнатам никто не стал. Гермиона Грейнджер тихонько сидела в углу и смотрела прямо перед собой. Это пугало.

— Ладно, — вздохнул Сириус Блэк, — будем рассказывать, что у кого? Или лучше не надо? Джинни, ты как?

Том внимательно посмотрел на него. Сириус. Верный, преданный, наивный. Как-то он теперь относится к нему?

— Много стертого безвозвратно, — ответил он, — в памяти, то есть. А закладки… Там должны были отмереть области, отвечающие за способность любить и дружить. И мой талант к рисованию тоже. Вот!

Беллатрикс громко всхлипнула и обняла его.

— Маленькая моя! Как же так! А я должна была с ума сойти!

Похоже, что память Беллы тоже не восстановилась. Том обнял несчастную женщину в ответ. Он был ей благодарен за все, что она для него делала. И, похоже, что она его искренне полюбила. Может быть, и у него получится полюбить ее в ответ? Особенно теперь, когда проклятые закладки исчезли?

— Вот-вот, — тяжело вздохнул Сириус, — у меня тоже того. То есть, мозги должны были совсем отключиться. Теперь я, вроде, смогу постепенно научиться критически мыслить. Ну, этот мне так сказал. А я даже не знаю.

Гарри Поттер тяжело вздохнул и схватился за голову. Нарцисса приказала подать сладости и прохладительные напитки. Барти Крауч подобрался поближе к Тому и Беллатрикс.

— А у тебя что? — спросил у него Сириус.

— От части оборотня меня избавили, — тихо проговорил Барти, — но мне это не так уж и мешало. А остальное почти как у тебя — сильно снижено критическое мышление. И усилены обиды на отца. И зависимость… — тут он сжался, но снова придвинулся к Тому. — В общем, не знаю, как с этим жить дальше. Но попробую.

Драко вздохнул и покосился на Гарри Поттера. Тот в ответ покосился на него.

— Рассказывай, Поттер! — не выдержал Том.

— У меня тоже талант! — выпалил Гарри. — Тоже талант! Понимаешь? А его…

— Полностью задавили, что ли? — переспросил Драко.

Поттер помотал головой. Гермиона вдруг горько расплакалась. Нарцисса погладила ее по голове.

— Грейнджер, а у тебя что? — спросил Том.

— Сниженная критичность, — всхлипнула девочка, — слепое доверие. И тоже талант. У… у меня талант к рунам и арифмантике. А… а его…

— Совсем блокировали? — спросил Сириус.

Гермиона тоже замотала головой.

— Вон, можешь с мистером Краучем позаниматься, — сказал Том, — он у нас главный по рунам и арифмантике.

Барти кивнул и вздохнул. Люциус достал бутылку с огневиски и налил взрослым.

— Поттер, что хоть за талант? — уточнил Том.

— Артефакторика, — ответил тот. — Тоже не полностью блокирован. Там способности к пространственному мышлению, нестандартным решениям. Особое зрение. Теперь смогу развивать, но я понятия не имею, с чего начинать.

Малфои, что показательно, не откровенничали. Но Том понял, что и им досталось. Драко так точно. Но Малфои не были бы Малфоями, если бы вываливали всю информацию. Ничего, главное, что и им помогли. Вообще, было похоже, что память египетские маги возвращать не стали никому. То ли действительно не смогли, то ли… А может, и не нужна та память? Вдруг там что-то страшное? Гадкое? Что-то, что разрушит нынешнюю жизнь? А так есть шанс избавиться от ненужного доверия, развивать свои способности и таланты. Том задумчиво почесал кончик носа. В этом определенно был смысл, но получалось, что странные существа тоже как бы решали за них. Было ли у них такое право? Или они сами дали им его, когда обратились за помощью? Жутко, на самом деле. Жутко и непонятно.