То тут, то там попадались моряки, стоявшие на посту. И хотя они не были особенно внимательны, я держался как можно осторожнее, чтобы избежать встречи с ними. Я решил, что лишь одно место на корабле подходит для того, чтобы провести ночь — воронье гнездо.

Направляясь к перилам, я сунул руку под рубашку и сжал патронташ, который обвязывал мою грудь. Я хотел бы бросить его в океан и никогда больше не вспоминать о нем. Но, открыв мешочек, в котором лежал камень, я заколебался. Все, что я видел перед собой, был Перро. Его лицо казалось суровым, но он улыбался. Я видел этого человека перед своим мысленным взором, я чувствовал его в своем сердце. Однако тяжесть камня и груз вины прижимали меня к земле. И это было слишком много для меня.

— Опасно путешествовать незваным гостем, не так ли? — раздался шепот.

Я едва не вскрикнул вслух. Однако подобный крик мог разбудить остальных, и потому я сдержал его. Закрыв сумку, я поправил рубашку и повернулся к тому, кто обнаружил меня.

Он был скрыт в тенях за мачтой. Его силуэт казался нечетким. Все, что я видел — два горящих лавандовых глаза. Глаза эльфа, Дзирта До'Урдена.

— Что они собираются делать со мной? — прошептал я. Мне очень хотелось, чтобы голос звучал уверенно и даже нагло. Но вопрос, почему-то, вышел испуганным.

— Это зависит от того, — ответил Дзирт, — поймают ли они тебя. Если поймают — капитан Дюдермонт будет вправе отправить тебя на корм акулам.

Я запнулся, тщетно подыскивая слова для ответа. Но так и не смог придумать ничего вразумительного.

Эльф улыбнулся. По крайней мере, его глаза блеснули, и потому мне показалось, что он улыбнулся, хотя мне так и не удалось разглядеть его лица.

— Но он показался мне честным человеком, — продолжил эльф, — и, вероятнее всего, просто подыщет тебе работу. Однако все зависит от того, поймают ли они тебя.

— А ты не собираешься прогнать меня? — спросил я.

Дзирт покачал головой.

— Я простой пассажир, как и ты. Ладно, может быть, я не слишком похож на тебя, так как оплатил свой проезд. Но у меня нет ни необходимости, ни желания выгонять тебя. Мне лишь хотелось бы задать тебе один вопрос. Зачем ты так рисковал, выходя на палубу?

Пришла моя очередь облегченно улыбнуться.

— Из трюма я не могу смотреть на звезды.

И это не было ложью.

Дзирт поглядел на меня долгим взглядом, а затем слегка кивнул.

— На самом деле, звезды стоят того, чтобы ради них рисковать.

— И правда, сэр.

— Тогда я оставлю тебя здесь, наедине с ними.

Эльф повернулся и пошел прочь прежде, чем я успел ему ответить.

Я осторожно двинулся дальше, направляясь к главной мачте и оглядываясь через плечо, так как был уверен, что эльф следит за мной. Добравшись до простой лестницы из металлических колышков, я поставил ногу на первую ступеньку, начиная подниматься наверх.

Вид с мачты был именно таким, каким я надеялся найти его. Невероятным. Над моей головой во все стороны тянулось ясное небо. Звезды мерцали и моргали. Их отражения сверкали в море, и я не мог сказать, где кончалось небо, и начинался океан.

Холодный ветер окатил лицо, и я сделал глубокий вдох, вдыхая соленый запах моря. Может быть из-за слов Дзирта, или, быть может, из-за вида, простиравшегося перед глазами, но камень и Эсбил больше не висели на моей шее столь тяжким грузом.

Я решил, что не должен рисковать, выбрасывая камень здесь. Время было не подходящее. Может статься, что здесь его окажется слишком легко найти. Вместо этого я спрячусь на корабле и поплыву на край Торила — или туда, куда сможет доставить меня Морская Фея. Как только мое путешествие окончится, и я не смогу плыть дальше, то я выкину камень в океан. Мне хотелось бы начать жизнь заново.

Мне хотелось бы все путешествие просидеть в вороньем гнезде, однако понимал, что сделай я подобное — меня точно обнаружат. А после того, что сказал Дзирт, я решил не рисковать.

Всю ночь я провел в гнезде, спустившись вниз лишь тогда, когда горизонт на востоке зажегся предрассветным светом. Проходя мимо, я увидел, как шевелиться экипаж, однако никто из людей не заметил меня, и я добрался в свое укрытие без проишествий. Вскоре я снова спал, видя во сне Перро, но сны мои были приятными и теплыми.

Следующие дни я провел, повторяя свой ритуал — днем я спал, а ночью — залезал в воронье гнездо.

На четвертый день после отбытия от Врат Бальдура, что-то разбудило меня.

Мне потребовалось много времени, чтобы прийти в себя и понять, что вырвало меня из сна. Я все еще был внизу, и никто не обнаружил меня, но над головой раздавался шум. Моряки метались туда-сюда, крича и громко вопя. Я не мог разобрать большую часть их слов, но одно из них, повторявшееся снова и снова, объясняло все.