Но блондинка оказалась отличной собеседницей. Мы с ней мило поболтали за завтраком, сидя на кухне, и я выложила всю свою историю. Рассказала о Валере и даже всплакнула, когда вспомнила о том, как Первый Дом меня собирался обмануть.

– Аня, я ведь не держу зла на женщин, - невпопад сказала Зорро, когда я закончила.
– Даже на тех, кто пытается уводить у меня мужиков. Мужики-то ладно, их не жалко, а вот женщины... я совсем не такая стерва, как кажусь.

– Да ты вообще не стерва, - ответила я.
– Почему стерва? Каждый выживает как может. Ты ведь согласилась на то, чтобы сжечь Книгу. Хочешь остановить Влада. Я так думаю и для того, чтобы прекратить все это. Из-за нас в мире ужас что творится. Хочешь, я прямо сейчас помогу тебе с Владом? Или еще лучше - давай его выдадим Хранителям. Пусть все закончится наконец! А потом мы просто вернемся домой. Я могу тебя поселить в своей квартире, если тебе негде жить. Будешь жить у меня сколько тебе угодно!

Зорро посмотрела на меня с интересом.

– А квартира-то большая?
– спросила она.

– Однокомнатная, - ответила я.
– Но ничего. Мы поместимся.

Блондинка расхохоталась.

– Ну ты, Аня, даешь! Да я в твоем возрасте уже жила в пятикомнатной в центре, которая принадлежала мне! Ты посмотри на своих мужиков - они же стелятся перед тобой. Пусть спонсируют!

– Я от мужчин принимаю только музыку, стихи... или цветы. Только это они дарят хорошо, от чистого сердца. А еще можно принимать время. Я как-то встречалась с одним крупным биржевым игроком. От подарков отказывалась, но он все дни проводил со мной. Представляешь, сколько он мог бы заработать? И получалось, что все-все-все тратит на меня! Весь свой доход!

– Но ведь этих денег у тебя не было!
– поразилась Зорро, широко раскрыв глаза.

– Да, но все равно он их тратил на меня.

Блондинка покачала головой и задумалась, а потом спросила и снова невпопад:

– Аня, а где твой Почтальон?

Мои брови удивленно поднялись. Какой еще почтальон?

– Ты о чем?

– Ну, Первый Дом разве не дал тебе Почтальона? Он ведь его почти всем дает, кто прошел пару этажей. Человек... точнее, не человек, а некто для связи. Мне рассказывали, что эта традиция, возможно, зародилась еще во времена Инквизиции. Хотя кто точно знает? Претендентам иногда нужно было вступать в переговоры с властями, но как это сделать, если народ запуган и все отказываются быть посредниками? А те, кто не отказывается, может выдать! Вот Первый Дом и дарит Почтальона. Он не человек, а расходный материал. Сражаться не может, но выполняет поручения. Туда сходить, то принести-отнести... Он не выдаст, если его схватят, будет твердить одно и то же. Если схватят вдали от Претендента, то Почтальон говорит, что знать никого не знает. А если рядом, то прикидывается родственником. Например, мой говорил, что он мне муж. Даже предъявлял настоящий паспорт! Вот смеху-то. Но погиб вместе с моей свитой. Думаю, что скоро снова появится. Новый всегда приходит, если старый гибнет.

Признаться, история меня огорошила. Оказывается, мне полагался какой-то Почтальон! Где же он?

– Аня, а сколько этажей ты уже прошла?
– вкрадчиво осведомилась Зорро.

– Меня ждал шестой, - я решила ответить честно, - но уже, конечно, не пойду.

– Шестой?
– блондинка удивленно потерла лоб наманикюренным пальцем с синим лаком.
– И у тебя нет Почтальона?

– Нет, - сказала я, недоумевая.

– Н-да... значит, ты и правда такая... Бедная девочка!

– Почему бедная?
– живо заинтересовалась я. Если кто-то называет тебя бедной, то получается, что он - богат, не так ли?

– Претенденты не получают Почтальона только в одном случае, - пояснила Зорро, с жалостью глядя на меня, - если они слишком добрые и никогда не смогут этим Почтальоном пожертвовать. Он тогда просто бесполезен!

– Я не такая уж и добрая...

Зорро вздохнула и хмыкнула, скептически качая головой.

– Аня, а к шестому этажу ты успела подготовиться? Оружие у тебя есть?

– Есть, - ответила я.
– У меня очень красивый меч. Но теперь им уже не воспользуюсь, конечно.

– Покажи-ка, - произнесла Зорро, расправляя полы халата под столом и поглядывая на большие желтые часы на стене. Мне показалось, что блондинка нервничает.

Я достала меч из ящика в спальне и принесла его на кухню. Моя новая подружка им не заинтересовалась, лишь бросила быстрый взгляд на белую рукоять и сказала:

– Ты бы его держала при себе. Хорошая ведь вещь. Не расставайся с ним. Я слышала, что так все фехтовальщики делают - просто носят свое оружие. Чтобы привыкнуть.

– Странно, - удивилась я.
– Никогда такого не слышала. Но зачем мне меч? Обойдусь. Сдам его в какой-нибудь музей, когда все закончится.

– А я говорю, держи его при себе, - неожиданно твердо сказала Зорро.
– Не выпускай из рук.

– Но почему?
– я ничего не понимала.

– А вдруг придется бежать.

– Куда бежать? Зачем?

Блондинка встряхнула головой, отчего ее прическа растрепалась и показались тщательно спрятанные уши.

– В Первый Дом, Аня, в Первый Дом. Если вдруг кто-то сюда нагрянет, то Первый Дом спасет. Но на шестом этаже без оружия делать нечего.

И вот тут я поняла.

– Ты навела на нас Хранителей?
– мой голос был тих.
– Нет, не может быть! На тебе же ничего не было, а за вами никто не следил! Ты бы не могла подать сигнал! Прости, прости... я сама не знаю, что говорю. Конечно, ты не могла предать.

– На мне ничего не было, а во мне было, - зло усмехнулась Зорро.
– Этот твой толстяк не гинеколог же. Иди в Первый Дом, Аня. Иди сейчас. А то будет поздно.

Я вскочила со стула, чуть его не опрокинув, но Зорро быстро схватила меня за руку.