– Спасибо, постою, - я скромный человек и никогда бы не воспользовался сидением императора Франции.

– Э... а кто вы?
– некоторые вопросы ставят меня в тупик, но я беру себя в руки.

– Я из милиции. Понимаете? ЧК, ГПУ, КГБ, ФСБ...

– А, ГПУ, - взволнованно говорит старушка.
– Вы недавно забрали моего соседа! Что с ним?

– Расстреляли, - отвечаю, помогая себя жестами.
– Он рыл подкоп в Китай вдоль Кремлевской стены.

– Э, тогда поделом, - Ирина Викторовна успокаивается и роняет монокль на кипу желтой бумаги.
– Но я его совсем не знаю!

– Я по другому вопросу, - решаю, что попытка не пытка.
– Двадцать лет назад здесь было совершено убийство женщины. Вам что-нибудь известно?

– Может быть убийца - дворецкий?
– предполагает старушка.

Я горжусь своими профессиональными навыками и только вера в них не позволяет мне прекратить допрос.

– Здесь, - показываю рукой на пол, - женщину, - показываю округлости на груди, - застрелили, - прикладываю пальцы и виску и делаю 'пиф-паф'.

– Э, - догадывается старушка, - так это было еще при Илье Петровиче. Он был в курсе, но ничего никому не рассказывал!

– При каком Илье Петровиче?
– спрашиваю я без особой надежды на успех.

– Которого сменил Олег Аркадьевич, но скоропостижно умер, его место занял Борис Иванович, но тоже недолго продержался...

В течение пары минут следует перечисление ничего не говорящих мне имен, и я терпеливо жду, чтобы не сбить собеседницу с канвы повествования.

– Что за Илья Петрович?
– наконец осведомляюсь я, не представляя себе, как этот вопрос показать жестами.

Но старушка реагирует бодро:

– Главный врач. Он пошел на повышение в горздравотдел.

Своему успеху я радуюсь как ребенок.

– А где он жил, знаете?
– спрашиваю для проформы.

– Рашмановский три квартира четыре, - тут же отвечает Ирина Викторовна.

Моей радости нет предела.

– Спасибо!
– говорю и уже собираюсь покинуть гостеприимную конуру, как старушка останавливает меня.

– Э, подождите! Если вы встретите Илью Петровича, то передайте ему, чтобы он вернул простыню и две наволочки, которые брал в день траура по Брежневу. У меня до сих пор эта недостача!

Мои слова иссякают, и я больше ничего не говорю. Иду по белому коридору, чтобы встретиться с Елизаветой и похвалить ее за уже почти ненужные труды, но внезапно сотовый стучится в грудь. Достаю телефон из-за пазухи, подношу к уху и информация льется рекой.

– Главный врач связался со своим Претендентом и сообщил о твоем приходе, - докладывает оператор.
– Мы проследили звонок и даже записали разговор. Претендент живет на Воробьевых горах, в пентхаусе.

Что ж, старичок Илья Петрович может подождать. Претендент - прежде всего.

Миша по-прежнему сидит в засаде, и я по телефону формирую группу захвата. Обычно когда нападаю на горячий след, дамочки выветриваются из моей головы, но Елизавета держится крепко, чтобы ее выдуть, требуется ураган. Я вынужден забежать в отдел кадров, чтобы узнать номер телефона крошки, имя ее электронного ящика и название фитнесс-клуба, который она посещает. Если ничего не изменится в лучшую сторону, то от фитнесс-клуба действительно останется лишь название, но я сохраняю оптимистичный настрой. Моя записная книжка уже распухла от женских имен, которые забывались благодаря другим женским именам... хотя кажется, что Лизе это не грозит.

Дом Претендента - округлое бело-желто-красное здание этажей в пятнадцать. Одновременно со мной к объекту подъезжают еще две наших машины. Мы блокируем лифты, я оставляю одного Хранителя внизу и с четырьмя помощниками поднимаюсь пешком на верхний этаж. Наш клиент - сибарит. Подъезд украшен коврами, на подоконниках растут бегонии, представляю что творится в пентхаусе. Буду разочарован, если там не окажется бананового дерева.

Моя голова от ходьбы по лестнице слегка проясняется и в ней возникает один любопытный вопрос. Получается, что Влад, посоветовав искать в роддоме, фактически сдал нам этого Претендента. Бывший Хранитель наверняка побывал здесь и поговорил с главным врачом. Почему же Влад сам не прикончил конкурента, а вызвал нас? Вот что интересно.

Когда до верхнего этажа остается всего ничего, моя голова прочищается настолько, что достаю сотовый и вывожу на дисплей фотографии карты, захваченной в бомбоубежище. Нахожу место, где мы находимся, и, оба-на, рядом намалеван красный крест! Я накануне чуть ума не лишился, гадая, что означают красные, желтые и зеленые значки, разбросанные по карте. Теперь получается, что у нас в руках примерные места, где живут Претенденты? Это просто отлично!

Нужная нам дверь притворяется обычной деревянной светло-желтой дверью, правда снабженной видеокамерой. Но я с дверьми на ты, они мне сразу рассказывают историю всей своей жизни и даже предлагают варианты возможной смерти. Заклинить двигающийся глаз камеры, нажать на эрогенные точки замка - на все про все пара минут.