– Нецис, ты живой?
– спросил он, с трудом открывая глаза. Всё вокруг вспыхивало и гасло, тая в красном тумане. Маг, без сомнений, был жив, даже крови на нём не было, а вот Фрисс весь исцарапался...

– Какой откормленный тонакоатль...
– пробормотал Некромант, отпуская Речника и глядя на что-то за его спиной. Фрисс оглянулся и увидел изодранное крыло - обрывки перепонки, натянутые на обломки костей, сильно обгоревшие и на глазах рассыпающиеся пеплом. Крыло размерами не уступало драконьему.

– Алсаг...
– Речник опустился рядом с котом, развернул веер на его хвосте. Хеск дёрнулся от боли. Хвост был сильно обожжён, перепонки местами лопнули и теперь не сворачивались. Фрисс запустил руку в сумку - склянка с зелёным маслом была на месте. Кстати же он прихватил её с собой, вместе с воинским бальзамом...

– Фрисс, дай мне зелье, я пойду к Гелину, - сказал Нецис, разыскивая в своих вещах что-нибудь полезное. Демон, исполосованный алыми рубцами и лишившийся меха на боках, монотонно скулил. Речник с тревогой пересчитал раны - вроде бы такой большой хеск может вынести несколько ожогов, но кто знает, насколько они опасны...

– Гелин сейчас не сможет везти нас, - сказал Речник, разглядывая спутанную упряжь Иджлана.
– Снимем с него поклажу и разделим между собой, сами пойдём рядом с ним. А вообще - надо бы разбить тут лагерь. Нам всем досталось, мы далеко не уйдём...

– Фрисс, ты добр, но сейчас это неуместно, - нахмурился Некромант и протянул Фриссу конец травяного бинта.
– Гелин, приподнимись... Вот так. Продень это под ним, Фрисс, я залезу на спину и свяжу концы. Этот тонакоатль - один из сотен местных полуденников, и все они видели и слышали взрыв. Когда сюда слетится стая, а с ними - йиннэн и десять отрядов Вегмийи, я ничего сделать не смогу. Чем скорее мы уйдём, тем целее будем...

– Ясно, - угрюмо кивнул Речник.
– Почему ты думаешь, что Вегмийя прилетит сюда? Не слышал, что убивать тонакоатлей запрещено...

– Боюсь, что это был не дикий тонакоатль. В дикой пустыне такой не вырастет. Очень хорошо раскормленный полуденник, - покачал головой маг.
– Но знаки на нём я рассмотреть не успел, а теперь смотреть не на что. Если это полуденник из Шуна, то нам уже пора бежать. Гелин! Подняться можешь?

Хеск без единого звука встал с земли и прошёлся, прихрамывая на обожжённую лапу. Фрисс пересчитал уцелевшие сёдла и тюки, потом посмотрел на поклажу, упавшую под камни, и тихо охнул. Обрывки мехов с водой валялись на мокрой глине, она уже впитала всю влагу и сейчас дымилась под солнцем.

Речник растерянно посмотрел на Некроманта, тот пожал плечами.

– Итак, воды у нас нет, - бесстрастно сказал он и помог Алсагу подняться в седло.
– Тем более нечего здесь задерживаться. Идём дальше, Фрисс... только не колдуй, ради всех богов!

Речник опустил руки и зачем-то поковырял мокрую землю носком сапога. Пустыня выпила всю воду и возвращать её не собиралась.

– Нецис, мы так никуда не доедем, - сказал Фрисс через пол-Акена, чувствуя, что его губы спекаются и покрываются обугленной коркой.
– Сколько дней ещё нам идти?

– Три или четыре, как повезёт, - Некромант смотрел куда-то вдаль.
– Тогда выйдем к Ритчи. До тех пор из пустыни лучше не выходить. Справа - Империя Кеснек, слева - Шун. И там, и там мы напьёмся лишь собственной кровью.

– Они сами живут в пустыне!
– Речник нахмурился и ударил ладонью по седлу.
– Что же, они откажут в воде путникам, измученным жаждой?! Мы с Алсагом пойдём в Шун. Вы с Гелином спрячетесь, мы пронесём вас к воде. Жители Шуна не могут быть настолько жестокими...

– Я встречался с ними, Фрисс, и еле уцелел, - Нецис повернулся к Речнику, в его глазах застыл серый лёд.
– А ты их даже понаслышке не знаешь.

Фрисс чуял воду. Чем дальше они уходили в пустыню, тем острее был запах мокрой глины, ила и водорослей. Где-то поблизости цвели Сафла и Меланчин, аромат пряностей накатывал волнами. Алсаг сидел, повернувшись носом к северу, и сосредоточенно принюхивался. Гелин с мрачным упорством брёл на восток, петляя меж скал и в их тени скрываясь от полуденников. Ящеры не покидали небо, но нападать не решались.

Речник встал в седле, глядя на северо-восток. Там - в пяти прыжках Иджлана от безжизненных скал - зеленели высокие побеги Сарки и вздымались к небу цветочные стрелки Униви. Фрисс открыл рот и закашлялся - горло было сухим, как пыль Пустыни Аша.

– Южные каналы Шуна, - прошелестел Нецис, беспокойно оглядываясь.
– Мы забрались далеко на север. Иди тише, Гелин, нас не должны заметить...

– Постой, - поднял руку Речник.
– Я схожу и наберу воды. Вы сидите здесь. Я на Некроманта непохож, меня не тронут.