'Старый Город - он такой!
– ухмыльнулся Речник.
– Но что там забыли фарки?! А на станциях, под плазмой и лучами?! У них что, вовсе нет разума?!'

Некромант посмотрел на его злорадную ухмылку и тихо рассмеялся.

– Да, приятно было посмотреть, как сарматы защищают станции и всю Реку! Никто не ждал от них такой помощи... Но, видимо, сил у них не хватило. Мне тогда пришлось срочно лететь в Замок и лечить раненых, но говорят, что фарки будто обезумели в тот день. Окружили станцию 'Скорпион' и рвались к воротам, сарматы сначала отстреливались, а потом, наверное, что-то поломалось - и они перестали, а ворота открылись. Вся эта орда туда вломилась, а потом была яркая вспышка, грохот и столб дыма до небес. Речники помчались туда, но уже не было станции, одни обломки и радужные купола над ними. И сарматы в чёрной броне - они ставили щит на пути излучения. Говорят, там осталось одно крошево камня и металла, и множество трупов.

Йудан замолчал.

– Что с жителями?
– тихо спросил Фрисс.
– Что лучи с ними сделали?

– Два участка выжгло напрочь, остальных сарматы велели вывозить и спасать. Говорят, даже дали флоний и ещё какие-то зелья, - склонил голову Некромант.
– Фарки сгорели все, последних окружили в Ирдише... слышал, что там их и добили. Астанен - милосердный владыка...

– Сарматы 'Скорпиона'... хоть кто-нибудь выжил?
– спросил Речник, хотя понимал, что вопрос не имеет смысла. В таком взрыве, оставляющем от прочных сарматских сооружений каменное крошево, никто выжить не мог.

– Слышал, что их ищут, - Некромант пожал плечами.
– Надеяться не запретишь. Астанен объявил траур по 'Скорпиону' и всем погибшим, обожжённых пытаются вылечить. Даже тот, кто затеял эту войну, уже извинялся и виру заплатил. Правда, не нам, а сарматам, ну и Вайнег с ним...

– Да? Теперь известно, кто это?!
– вскинулся Речник и чуть не сбросил со стола всё, что там стояло.
– Кто?!

– Стыдно сказать - Некромант, - понурился Йудан.
– Бог-некромант, Идмин, Чёрный Властитель. Всегда был разумнейшим из бессмертных, что за бредовая затея с этими фарками?! Теперь уверяет, что станцию взрывать не собирался. Конечно, заплатишь тут виру, когда в тебя направлены сарматские ракеты... Сарматы - благородный народ - чуть не всё отдали нам, Астанен даже брать не хотел, но командир 'Идис' настоял. Он сам тогда прилетел в Замок и привёз виру... много железа, бронзы, даже священный тлиннгил! Ты, наверное, даже видел корабль 'Идис', сарматы назвали его 'кораблём ликвидаторов' - чёрный и пропахший смертью...

Фрисс слушал, ошеломлённый, и думал, что слишком многое пропустил в Хессе.

– Гедимин сам прилетал сюда и говорил с Астаненом?
– переспросил он. Фрисс помнил, как сармат избегал людей, и как 'тепло' встретили его Халан и Канфен после победы над Инальтеками. Поэтому словам Йудана он верил с трудом.

– Астанен удивился, наверное, больше всех, - кивнул Некромант.
– Командир 'Идис' привёз металл и флоний. Я так понял, он сейчас главный на 'Скорпионе' - там сарматы со всех станций, а он направляет их... Кажется, он спрашивал о тебе и даже беспокоился. Это Древний Сармат, твой друг?

Фрисс молча кивнул, и его лицо посветлело. Скверная вышла история, но если там Гедимин, то хотя бы жизнь на сожжённый берег вернётся. И всё-таки странно, что фарки смогли взорвать станцию, и никто не помешал им...

– Насколько помню я, никто из их народа не входил в этот замок со дня его постройки, - задумчиво сказал Морнкхо, незаметно присоединившийся к собеседникам.
– Как будто возвращаются времена Короля-Речника... Фриссгейн, тебе сейчас не до того, но я запас для тебя пряности - восемь видов, даже тулаци и яртис. Ну и по мелочи - соль, сок Кууси и сахар. Не забудь забрать, когда полетишь домой.

Фрисс поблагодарил и потянулся к сумке, чтобы достать кошель, но неожиданная мысль остановила его.

– Морнкхо, - нерешительно начал он, - а тебе ни на что не нужен бочонок подземного мёда - тацвы? Хорошая тацва, но зачем мне столько - я не знаю!

Менн от изумления привстал на кончике хвоста, и все трое пошли на Склад проверять, действительно ли в бочонке тацва. Все попробовали мёд, и Морнкхо, всё ещё недоверчиво качаясь на хвосте, сказал, что в этом и в следующем году Фрисс может брать пряности и соль бесплатно. А если у него есть ещё что-нибудь из хесской снеди...

У Фрисса ничего не было, рыбу из Геланга он приберёг для магов, а дудка менну не нужна была. Даже Йудан от неё отказался, заметив, что вещь, полученную от Шаски, надо держать подальше от любопытных глаз и длинных рук...

Сумерки окутали Замок, и Фрисс, почти уже не терзаемый тревогами, пошёл в 'Кошатник'. Не задерживаясь в пустом общем зале, он поднялся на второй этаж - и встретил там скучающего Вотана Игзу.

– А вот Речник, который был в лапах Владыки Мёртвых и вышел невредимым. А мы не были, и всё равно огребли, - вздохнул Вотан, осторожно обнимая Фрисса. У Старшего Речника было обожжено плечо, шея, рука и весь бок, зелья Йудана не позволили ему сгнить заживо, и всё-таки ожог о себе иногда напоминал.

– Хорошо, что Фларн снова среди нас, и весь его отряд тоже, но смерть своё всё-таки берёт, цепкости у неё не отнимешь, - сказал Вотан, присев на застеленное ложе.
– Драконы и нежить многих убили. Я вот попал в ловушку под Ясенем, но я-то живой... И ещё эта станция, угораздило же сарматов открыть ворота...

Вотану было что рассказать о войне - о битвах драконов, о магах и нежити, о союзниках-Инальтеках и о летучих отрядах келнениси. Фрисс полночи слушал его и казался себе дезертиром из речной армии. А с утра ему самому пришлось рассказывать - Вотан, Йудан, Морнкхо и бездельничающие служители окружили его в столовой и потребовали повестей и жутких легенд о Хессе и Кигээле. К вечеру Фрисс так устал от разговоров, что уснул прямо за столом. Сквозь сон он успел услышать, что служители скинулись и купили для него три кувшина хумики. Морнкхо спрятал вино в погребе, всё равно до зимы Речнику оно не понадобится...