Шрифт:
Однажды Речник заметил странное - нарисованные углём на коряге мишени, в которые кто-то кидал ножи или дротики - остались следы уверенных попаданий. Кто здесь мог так тренироваться, Фрисс не знал. Спросил Ингейна - демон тоже удивился. Сошлись на том, что упражняется Речник Айому - больше версий не было...
Итак, Ингейн прижился на участке, и Фрисс мог не беспокоиться о нём. Ни фарки, ни бродячие мертвецы в округе не появлялись. Жизнь текла размеренно и спокойно, как сама Река. А значит, Фрисс мог слетать в местность Иртси и выполнить задание.
– Когда я вернусь, ты получишь последний дар, - сказал он Сьютару.
– Готовьте всё для свадьбы.
– Рад, что ты не забыл об этом, - оживился приунывший было Скенес-старший.
– Я, как главный жрец Фейра, устрою славный праздник!
– Успеешь ли к середине Иттау?
– спросил Фрисс.
– Хороший месяц, тёплый и цветущий.
– Может, в конце, чтобы успели приплыть Листовики?
– предложил Сьютар.
– Половину расходов мы возьмём на себя. Нельзя же, чтобы дочь Скенесов вышла замуж за корягой, как какая-нибудь Эмма Фирлис...
– Эмма и Ингейн не пригласят тебя главным жрецом, - покачал головой Фрисс.
– Никогда.
– Да пусть Фирлисы делают что хотят... Ты увезёшь Кессу к себе?
– Сьютар решил не обсуждать Ингейна и перевести тему.
– Да, на истоки. Там большая пещера, хорошо обустроенная. Пусть посмотрит и привыкнет до зимы, - кивнул Речник.
– Я стану... я стану Речницей?!
– Кесса выглянула из-за дверной занавеси, и была она удивлена и напугана.
– Но я ничего не умею! Ни сражаться, ни колдовать...
Скенес-старший рассмеялся.
– Кесса! Речница и жена Речника - не одно и то же, - сказал Скенес, сдерживая смех.
– Тебе не придётся сражаться с демонами. Там, как и здесь, нужно готовить, убирать в пещере, шить одежду, запасаться на зиму...
Фрисс видел, что она не верит ни единому слову. Как всё перепуталось в головах жителей...
– Так что смотри, Фриссгейн. Не разоришься ли ты на всём этом деле?
– сказал Сьютар, выходя в соседнюю комнату. Фрисс и Кесса переглянулись, потом Речник усадил её рядом с собой и начал тихий рассказ.
– Слушай, дочь Скенесов. Мой дом - у самого начала Реки, далеко на севере. В этой пещере жили все мои предки, весь род Кегиных. Там много ходов и комнат, много кладовых...
Он неспешно перечислял то, что было у него в пещере - яркие белые цериты рядом с гулом Канумяэских водопадов, летящие лепестки Хумы рядом с тепловым печным кольцом.
– Там живёт только Инмес. Это Квэнгин, крылатый демон с юга, ты наверняка о нём читала...
– Квэнгин? Демон живёт у тебя в пещере, и ты не боишься?!
– глаза Кессы стали ещё больше.
– Он тоже относится к роду Кегиных, почему нужно его бояться?
– пожал плечами Речник.
– Вы поладите быстро. Подожди, я вернусь с задания, и мы полетим на север...
Кесса смотрела на него, и он не мог понять её мыслей - как недавно не понимал намерений Урана.
– Ты убьёшь этого мага, да?
– еле слышно спросила она.
– Нет. Не за этим меня послали, - покачал головой он.
– Достаточно будет разговора. Потом загляну в Замок... что тебе привезти? Или ты хочешь побывать там по пути на Канумяэ - тогда ты сама выберешь, что тебе понравится...
– Не надо привозить. Возвращайся живым, Речник Фриссгейн!
– прошептала Кесса, стиснув его руку в ладонях. Полосы траурной раскраски оплетали её запястья, как несмываемая паутина.
...Двое людей небольшого роста, но большой отваги стояли в тени выброшенного на берег дерева и смотрели друг на друга.
– Я не знаю, что делать, Сима, - потерянно сказала Кесса.
– Я ни к чему не готова. Как буду жить там?!
– Кесса, ну и что, что ты не Речница! Ты ведь можешь что-то сделать... совершить путешествие, например! Тогда и узнаешь, к чему ты готова, - азартно предложила Сима Нелфи. Ей тоже хотелось в путешествие, только она не была уверена, что Кесса возьмёт её с собой. А Фрисс уж наверняка не возьмёт!
...Не с лёгкой душой летел Фрисс над Рекой, но большая часть тяжёлых мыслей покинула его. Он захватил на участке несколько кусков ирхека и связку вяленой рыбы, так как не знал, быстро ли справится с Джерином Алга и сколько дней пробудет вдалеке от гостеприимных жителей.
В полёте он снова считал куны, хоть и нашлись бы люди, способные осудить его за это. Как ни крути, Кесса Скенесова обойдётся ему дороже, чем броня и оружие, вместе взятые. По его подсчётам выходило, что не рискуя разориться и остаться зимой голодным, он может бросить к ногам Сьютара Скенеса ровно полтысячи кун - жалование Речника за два года. Это поразит всех на участке. На этом пускание пыли в глаза можно и закончить.