Ингейн открыл глаза через три дня, прошипел что-то дружелюбное и подмигнул Эмме, которая, как всегда, была поблизости. Колдунья хихикнула и вручила ему миску варёной Менши, уцелевшей с прошлого года. Это вещество, сходное с Би-плазмой по цвету, вкусу и поведению, Ингейн проглотил с небывалой жадностью и обвёл пещеру голодным взглядом. Наелся он к вечеру, избавив три семейства от запасов Менши и прошлогоднего Листовика, а к утру на месте сорванных пластин брони отрастил новые - пока мягкие, но стремительно твердеющие. Фриссгейн ещё раз убедился, что демоны очень, очень живучи...

Сьютар Скенес по настоянию Речника позволил Кессе снабжать существо рыбой и пряностями - Ингейн любил сушёную усатку и острейший порошок камти. Зато не любил кислуху и даже её запах, и сердито шипел на семейство Фирлисов, окружившее очередной бочонок пойла.

Эмма выглядела бледной, даже похудела, но к кислухе более не прикасалась, а пила какое-то зелье из степных трав. Когда она переглядывалась с Ингейном, их глаза вспыхивали одинаковым огнём, а через день Фрисс увидел, как хеск и речная колдунья нежно обнимаются за пологом пещеры. Речник сделал вид, что смотрит в другую сторону. На его взгляд, пара получалась очень странная, но во времена Короля-Речника бывало и не такое.

– Синий демон! Это что, всё, что нашлось для нашей Эммы?!
– Атун Фирлис, выгнанный из пещеры на сбор сухой травы, не пошёл собирать траву, а сел на причал и жаловался Речнику на нового жильца.
– Это то, что будет у неё вместо мужа?!

– Нормально всё. Потомки станут богами, - хмыкнул Речник и перевёл взгляд на поплавок.

Через пару дней Ингейн впервые вышел из пещеры. Его броня уже затвердела и превратилась в надёжный панцирь. Подлинное имя демон скрыл, и в Фейре его так и называли Ингейном. Речник Фрисс убедился, что пришелец понимает человеческую речь, и спросил, как занесло его на Реку. Но хеск мало что помнил. Магический вихрь захватил его в далёкой стране Крогзет, глубоко-глубоко под Энергином, а очнулся он уже на берегу Реки - и тут же на него напали.

– Это были люди?
– с живым интересом спросил Речник.

– Похожи, - Ингейн шевельнул хвостом в некоторой растерянности.
– У нас такие не водились. Они слабые, но их было много.

– Как ты спасся от них?

– Упал в воду, - хмуро ответил Ингейн.
– Река подхватила меня и уволокла в тину. Хорошо, что мы не можем задохнуться. Скажи, может ли хеск жить на Реке? Как тут смотрят на чужестранцев?

– Те, кто напал на тебя - чужаки, они и жителей Реки убивают, - сказал Фрисс, и был совершенно уверен, что сармат - не единственная жертва.
– Нормальные люди тебя не тронут, если ты не тронешь их.

– Я никого не трогаю, - повёл хвостом Ингейн.
– Вот не думал, что попаду когда-нибудь в Орин. У нас о ваших местах рассказывали всякое...

– Посмотри, может, тебе здесь понравится. Многие приходят жить на Реку, - сказал Фрисс.

– Ты главный здесь?
– неожиданно спросил хеск.

– Нет, я просто Речник - хранитель и воин Реки, - покачал головой Фриссгейн.
– Живу очень далеко отсюда. Главным можешь считать Речника Айому. На внешность внимания не обращай, он лучший воин на много участков вокруг. И он всегда поможет тебе. А Эмма - сильнейшая колдунья Фейра. А если ты думаешь заморочить ей голову и тихо удрать, лучше я сразу отвезу тебя к Провалу и верну в Крогзет.

– Я тоже маг, и я никому не морочу голову, - сердито ответил Ингейн.
– Я не уйду, пока Эмма меня не выгонит.

Ещё сутки существо бродило по участку, присматриваясь к тому, что делают жители. Они быстро привыкли к нему, и никто не боялся его. Потом Фрисс взял его в степь - демон уже окреп и мог собирать траву. К тому же Ингейн мог рассказывать всякие истории жителям и развлекать их, когда Речник уставал от разговоров. Когда жители вернулись из этого похода, хеск начал обживать пещеру Фирлисов - и за дело он взялся всерьёз.

Всё, что годами гнило там по углам, было выкинуто вон, вместе с битыми горшками и парой бочек кислухи. Кислуху купили соседи, а ту, что осталась в пещере, Ингейн смешал с каким-то зельем. Фирлисы кривились, но пили её, и даже Речник видел, что зелье идёт им на пользу. Атун и Нарин даже помогали Ингейну и Эмме делать новые лежанки, полки, занавеси и подстилки. Из нескольких осколков стекла и прочных палок демон сделал ножи и копья, не хуже, чем у других жителей Фейра.

– Может, я магией зарабатывать смогу?
– думал вслух Ингейн, сидя рядом с Речником Фриссом на гигантской коряге и следя за поплавком.
– Или зельями? Эти люди слишком слабы, чтобы работать как следует, а один я столько денег не добуду...

– Они выживали как-то, вообще не работая, не первый год я смотрю на них, - пожимал плечами Фрисс.
– А теперь, когда ты приставил их к делу, нужно только время - и через пару лет у вас будет своя хиндикса и пруд для Листовиков. Река щедра... А если хочешь зарабатывать зельями, я могу поговорить с речными магами или с верховным жрецом. Будешь получать заказы и отправлять готовое в Замок или на Острова. Какие зелья ты умеешь готовить?

Ингейн с сомнением посмотрел на Речника и ответил, что не успел ещё ознакомиться с местными растениями и минералами. Фрисс его не торопил.