– Восемьсот кун - это звучит хорошо, но что сделать-то надо?
– спросил озадаченный Сомейт и переглянулся с Речником.
– А заплатить за листья?

Иррилой подвинул к Сомейту узелок с деньгами, тот заглянул внутрь и немного успокоился.

– Наши маги перерыли все летописи - и добились толка. Ты слышал когда-нибудь о роющем народце - Эфенах? Они редки, незаметны, но есть общее между ними и твоим родом: они так же привязаны к Маа и готовы глазеть на него сутки напролёт. А вторая их страсть - земляные осы, взрослые и личинки, сырые и запечённые в лаве. Десяток Эфенов вычищает осиное гнездо за три дня.

– Полезные существа, - признал Сомейт.
– Но у меня в огороде нет Эфенов, хотя Маа там растёт.

– Акира и Шурта проводят тебя туда, где они, возможно, есть, - сказал Иррилой, выглянув за окно.
– А от тебя требуются живые кусты Маа и умения садовника. Как только Огненный Лист там приживётся, Эфены поднимутся из нор, и ты сможешь поговорить с ними. Их защита от магии такова, что силой их не вытащить... Если что-то нужно тебе, говори сейчас. Я хочу, чтобы это задание было исполнено как можно быстрее.

– Нужен мешок пемзы с озера и горсть толчёной серы, - сказал Сомейт и поднялся с места.
– И ещё нужно знать, как выглядят Эфены. Очень непростая задача, но я возьмусь, если воины Йомы помогут мне.

– Если это понадобится, вся Йома пойдёт с тобой. Пока же посылаю Акиру и Шурту. Эфены похожи на змей, толстых, красных, с серебристыми полосами и жёлтым гребнем на спине. Яда у них нет, но есть сильное пламя. Акира! Шурта! Готовы тюки? Собраны припасы?

Во дворе на Двухвостку грузили корзины для выкопанных кустов Маа и еду для путешественников. Двухвостка опять что-то жевала - Ндаралаксам, кажется, понравилось кормить её. Фрисс подумал, что надо унять их.

Пока воины Йомы привязывали новые вьюки к шипам Флоны, а Сомейт придирчиво осматривал корзины, толчёную пемзу и порошок серы, Фрисс тихо спросил Иррилоя, не появлялась ли в Эглае Чёрная Речница. Ндаралакс немного удивился - слухи об уничтожении Чёрной Реки уже дошли до Эглая - но сказал, что не слышал о таких гостях последние несколько лет. Кесса наверняка пересекла Кваргоэйю - но где именно?..

Не прошло и Акена, как трое Ндаралаксов и Речник уселись на спину Двухвостки и поехали обратно, в огненное поле. Флона недовольно фыркала - она считала, что крылатые хески могли бы и своими крыльями долететь!

Потом Фрисс два Акена сидел рядом с Двухвосткой, грыз сушёную рыбу и наблюдал за Ндаралаксами, сражающимися с волшебным растением. Оно не хотело быть выкопанным и сопротивлялось листьями, корнями и вспышками белого пламени. Когда хески донесли его до корзины и посадили в смесь земли, пемзы и пепла, оно уже было полностью белым, а листья поникли в изнеможении.

– Они очень беспокойные, терпеть не могут пересадок!
– прошептал Сомейт Речнику.
– Близко не садись...

Всего выкопали четыре растения, и Фрисс порадовался за Ндаралаксов - будь на их месте люди, сгорели бы до костей! А у хесков все ожоги тут же затягивались.

Сомейт следил за растениями с тревогой - красный цвет к ним понемногу возвращался, а вот листья так и висели бессильно и бездвижно. Фрисс отсел подальше, и всё равно их жар неприятно грел ему спину. Ещё три Акена, до самой темноты, четверо путников ехали по равнине, отдаляясь от полей и огородов, пока Шурта не разглядела какие-то приметы.

– Сомейт, закапывай их тут, - сказала она и спрыгнула на землю.
– Здесь и живут Эфены.

– Интересно, как ты это установила...
– недоверчиво помахал крыльями Сомейт, но спину Двухвостки покинул. Фрисс на всякий случай отогнал Флону подальше и сам не стал близко подходить к хескам, пересаживающим огненные цветы. Когда дело было закончено, земля вокруг оплавилась, а Речник давно уже спал, растянувшись на панцире Двухвостки. Ндаралаксы будить его не стали. Акира и Шурта ушли в город, Сомейт лёг спать рядом с поникшими кустами Маа...

Ещё два дня Фрисс, Сомейт и Флона просидели у подножия безымянной скалы в окрестностях Эглая, дожидаясь, пока подземные жители заметят их. Растения освоились с новым местом к вечеру второго дня - и снова шевелились и полыхали, разворачивая листья. Ндаралакс как-то передавал им энергию Жизни, но как - Фрисс не заметил. Хескам для родной магии заклинания не нужны...

Никто не приходил к этой скале. Даже осы не прилетали. Фрисс успел записать в дневник немного тонкостей выращивания Маа и Тунги в условиях подземной пустыни, а Сомейт - выслушать рассказ о путешествии в мир мёртвых и предложение побывать на Реке...

– Надо подумать, - сказал он без особой уверенности.
– Путь неблизкий... А если идёшь в Сиртис, попроси Иррилоя - он знаком с верховным жрецом Ацолейтов, пусть расскажет о тебе. Станешь не только речным посланником, но и нашим...

Фрисс согласился, что мысль неплоха.

На третий день земля начала дрожать, и Сомейт поспешно встал и разбудил Фрисса.

– Может, Халькон прополз?
– засомневался Речник, но тут почва начала вздыматься холмиками, а затем с них посыпалась земля.