– Так, третий, пятый, хватит спать на посту.
– подчинённым нельзя давать сидеть без дела, иначе они начнут деградировать. Хотя, чего уж там, днище и так было уже близко.
– Оторвите ваши задницы и проверьте периметр.

– Есть, серж.
– уныло отозвались бойцы.

Всё же отсутствие какого-либо вменяемого опыта, кроме учебки, бросалось в глаза. Ладно, они хотя бы знали, с какой стороны за бластер держаться, как поставить оружие на предохранитель, и как не подстрелить товарища, так что из них может быть ещё и выйдет толк. Однако жопометр до сих пор не работал ни у одного из них. А инструмент тончайшей настройки сержанта уже буквально верещал о том, что сейчас что-то случится. Но периметр особо охраняемого объекта был чист, сенсоры не регистрировали ничего. На всех постах было тихо, а машинерия работала без сбоев.

Внезапная ослепительная вспышка залила соседнее помещение нестерпимым светом, а воздух содрогнулся от грохота, подобного раскату грома. Подскочив как ужаленный, сержант с двумя бойцами выскочили из дежурного помещения в машинный зал. Они ожидали увидеть любую неисправность, вплоть до пожара и взрыва силовой линии, но ни к чему подобному они не были готовы.

В главном машинном зале генератора планетраного щита, позади всех периметров защиты, теперь находились ужасные, гротескные фигуры отвратительных дроидов, головы которых венчали позолоченные маски в виде оскаленных черепов. Их руки заменяло оружие, их тела были покрыты толстой бронёй, а движения были точными и стремительными. Не успели штурмовики вскинуть оружие, как на них обрушились потоки голубоватых лучей, прошивавших их броню и разрывавших тела.

Повалившись на пол, сержант с удивлением ощупал ровный ряд оплавленных дыр у себя в животе. Боли почти не было, покуда шок владел поражённым разумом, пытавшимся осознать, что же именно сейчас произошло, и почему он больше не чувствует ног. А тем временем ужасные машины распределялись по залу, раскладывая взрывные устройства под чутким руководством ещё одного дроида, который был закутан в алое тряпьё, и опирался на очень длинный топор с лезвием в форме шестерни.

Меньше чем через минуту эти стальные монстры исчезли в такой же ослепительной вспышке, как и появились. А ещё через секунду здание огласил грохот подрывных зарядов, которые разрушили системы управления проекторами щита и генераторы защитного поля, оставив город беззащитным.

Когда выбора нет

Когда мощный взрыв прокатился по городу, Туа вздрогнула от неожиданности. Оторвав взгляд от ставших отчётливо видимыми при входе в верхние слои атмосферы вражеских машин, она окинула столицу своим цепким взглядом с высоты балкона имперского центра. И пришла в ужас от вида тяжёлых клубов дыма, поднимавшихся оттуда, где только недавно был установлен главный генератор планетарного щита, ради покупки которого она загнала планету в долги.

– Не может быть...
– оторопело прошептала правительница Лотела, не желая верить своим глазам.
– Наш щит не пробить. Это невозможно!

Но стоило ей вновь поднять взгляд к небесам, как она увидела град приближающихся вражеских снарядов, за которым следом неслась орда десантных кораблей. Им навстречу уже устремились потоки бластерных зарядов зенитных орудий и истребители резервных эскадрилий. Но вражеские бомбы маневрировали, словно уклоняясь от огня, а в небесах завязался жестокий воздушный бой, и только покорёженные, объятые пламенем остовы сбитых машин падали на спящий город.

И словно этого всего было мало, небеса прочертили несколько ослепительно ярких белёсых болидов. Будто сами звёзды сорвались с неба, чтобы обрушиться на пригороды, где были размещены батареи турболазеров противокосмичской обороны. А в следующее мгновение земля содрогнулась от мощных взрывов, сдержать ярость которых было не под силу даже щитам батарей. И только вспышки крохотных солнц освещали небеса, в которые устремлялись грибовидные облака.

Чувствуя, как сердце в груди сжимается от страха, а по спине струится холодный пот, Туа бросилась прочь с балкона, бегом устремившись к командному бункеру. За его крепкими стенами и защитными барьерами, питаемыми от внутренних источников энергии, можно пережить любую осаду. Слёзы душили её осознанием того, что война пришла на её планету, в её город, в её дом. Все её усилия оказались тщетны, и неизвестно, сколько ещё жизней унесёт битва, которая уже успела стать невероятно кровавой.

– Рад видеть вас в добром здравии, повелитель.
– с поклоном приветствовал Императора Траун, уступая своё кресло.

– К чёрту любезности, контр-адмирал.
– бросил Палпатин, садясь на предложенное место и смотря на голограмму боя.
– Докладывайте.

– Противник сосредоточил свои усилия на высадке десанта. Это можно видеть по тому, что авангард тяжёлых кораблей занял позиции на орбите, в то время как три из четырёх кораблей второй волны начали снижение на планету.
– повинуясь командам чисса, голопроектор поочерёдно вывел крупные планы требуемых участков громадного поля боя.
– Из предварительного анализа следует, что враг полностью уверен в своей победе в космосе, и теперь пытается закрепить успех на поверхности планеты, подавляя планетарную оборону и нанося орбитальные удары по скоплениям войск.

– Наши потери?

– На данный момент мы потеряли орбитальную станцию а также четверть от общего числа звездолётов.
– ответил Траун, сверившись с получаемыми данными.
– Основные потери пришлись на тяжёлые корабли. В строю на данный момент осталось меньше десятка звёздных разрушителей.

– А что с вражескими кораблями?

– Пробить щиты флагмана не смогли даже сконцентрированным огнём орбитальной станции и наземных батарей ПКО. Тяжёлые корабли авангарда практически не получили повреждений в виду высокой скорости перезарядки щитов.
– голопроектор отобразил графики замеренных данных.
– Корабли второго эшелона получили только незначительные повреждения, так как авиационное прикрытие врага сковало действия наших бомбардировщиков. Самые значительные повреждения получили корабли арьергарда, которые остались прикрывать основные силы вместе с частью сил основной волны. Нам удалось сконцентрировать на них достаточно огня, чтобы даже с учётом цикличности работы их щитов вызвать достаточно заметную деградацию их бронепокрытия и множественные разгерметизации.