– Вот вам наука, твари!
– Не сдержался капитан Уебб, кидая полные кровожадной радости взгляды на экран и размахивая кулаком.
– Будете знать, ублюдки, с кем имеете дело! А то взялись тут фигурять да спектакли устраивать! Мы вас всех здесь перебьём!

Один из кадетов даже зааплодировал, когда спал всплеск эмоций капитана. Комиссар же только усмехнулся.

– Хороший настрой, капитан! И хорошая работа! Каждый убитый ксенос - ещё один шаг на пути к победе!

После этого короткого комментария, он вернулся к своим кадетам.

– Это ещё что. Вот когда 15 лет назад мы вычищали Орков из соседнего субсектора...

Капитан не стал прислушиваться к очередной байке, которую комиссар начал рассказывать своим кадетам. Лютик был всё же хорошим человеком, даже по-своему добрым. Он давно рассказывал капитану, что до восьми лет рос на аграрном мире, и был бы певцом, если бы не Орчьий ВАААХ!, уничтоживший его семью. С тех пор у комиссара был отдельный пунктик на счёт зеленокожих. Он их ненавидел, и так сильно, что требовал расстреливать даже обломки их кораблей. Или обыскивать, чтобы насладиться своей персональной местью. Даже в Схолле Прогениум из него не смогли вытравить эту ненависть, да и не похоже, чтобы пытались. Но вот рассказчиком комиссар был знатным, и превосходным оратором. Хотя силовым мечом он владел не хуже. Да и пел Лютик хорошо, но только очень редко, на больших праздниках. Вот как может судьба сложиться.

Стальной голос Магоса Протея был бесстрастен, но его слова несли тревожную весть.

– Генераторы пустотного щита перегружены. Охлаждающие контуры не справляются. Во избежание необратимых термических повреждений система была отключена. Повторное включение возможно только через двадцать минут. За это время система терморегулирования сможет вернуть температуру в рабочий диапазон.

– Если им ещё будет, что возвращать. Старший артиллерист, что с нашими орудиями?

– Перезаряжаются, сэр. Сможем дать следующий залп через две минуты!

– Вражеская авиация?

– Изменила курс, сэр! Они пытаются зайти со стороны днища!

– Как только они окажутся в зоне поражения наших зениток, открывайте огонь!

– Есть, сэр!

– Доложить о текущих повреждениях!

– Мы получили уже восемь попаданий, но наша броня выдержала!

– Отлично, тогда мы успеем разделаться с ними раньше, чем они с нами.

– Пожар в торпедном отсеке! Получено несколько попаданий из неизвестного оружия! Погибло около ста человек! Разгерметизации нет!

– Пожарную команду в торпедный отсек, быстро! И что это за орудия такие, что не пробивают броню, но убивают?

– Это ионные орудия, капитан. В архивах Марса есть упоминания об использовании такого во времена Золотого Века. Основано на создании узконаправленного потока ионизирующего излучения высокой мощности. В основном применяется для вывода из строя защитных полей и электроники. Иногда используется для поражения живой силы. Вызывает сильные ожоги. Обладает достаточно большим заброневым эффектом. Одной из особенностей данного вида вооружений является...

– Довольно лекций, Магос! Просто скажите, это оружие опасно для нас?

– Безусловно, капитан. Как и другое оружие, применяемое нашими врагами.

– Но ведь броня держит их попадания!

– Только некоторое время. Судя по данным наружного наблюдения, наша бронезащита быстро деградирует под воздействием вражеского огня.

Магос активировал несколько рун на пульте одним из своих механодендритов, и на одном из экранов, справа от центрального, возникло изображение. Пикт-камера, установленная на боковом стабилизаторе, показывала вид на правый борт.

Вот очередной вражеский снаряд попадает в корпус. Вспухает облако взрыва, но на мостике он не ощущается никак.

– И что вы хотели мне этим показать?

– Обратите внимание на последствия этого попадания. Видите, какой кратер образовался всего от одного снаряда! По моим прикидкам, достаточно всего трёх попаданий в одну точку, чтобы пробить наш корпус.

– Тогда почему они не нанесут их?

– Это не их текущая цель. Они бьют по нашим башням ПВО.

– Хитрожопые твари! Они расчищают дорогу для своих бомбардировщиков! Сколько зенитных орудий они уже уничтожили?

– На данный момент суммарно из строя выведена одна четверть башен ПВО правого борта.

– Понятно, их авиация зайдет со стороны днища, чтобы не попасть под огонь своих же орудий. Которые к этому моменту уже подавят наши зенитки. И тогда они нас просто разбомбят. И при этом уйдут безнаказанными!

– К чему все эти слова, капитан?

Даже рассказывая своим кадетам очередную поучительную историю, комиссар Лютик не терял бдительности. И теперь не сводил глаз с Аргоса, выискивая в его поведении, жестах и словах признаки некомпетентности, трусости или предательства. Всего того, что карается смертью. А выносит этот приговор всего один человек. Судовой комиссар.