И тут разверзлись небеса, и на огненной повозке, запряженной огненными конями, явился ангел Сандалафон и все его воинство. Огромное пламя объяло поднебесную, и великий шум наполнил ее, а дела Рейна и его ученики преисполнились страха.

Объятые трепетом, пали они на землю, но подкрепили себя ароматом заранее припасенной лаванды, которую каждый держал в руке. Однако силы их иссякали, и дар речи покинул их.

Увидев этих лежащих в изнеможении людей, ангел расправил могучие крылья и сказал:

— Сыны человеческие, вам бы сидеть по домам, а то не ровен час — опалят вас мои воины дыханием уст.

Дела Рейна беззвучно шевельнул губами, собрал остаток сил и сказал:

— Господин мой, Ангел Божий! Боюсь я сего великого пламени. Укрепи меня, придай мужества и дозволь говорить с тобою.

— Говори! — был ответ.

Поглядел дела Рейна на своих учеников, которые все еще не могли подняться, снял башмаки[26] и сказал:

— Мир тебе и мир приходу твоему, Ангел Бога воинств, и мир всем святым легионам твоим. Помоги мне, ибо не ради славы своей и не ради прославления дома отца моего делаю я свое дело, но во славу Бога Живого! Помоги мне, ты вместе с воинством твоим, укажи, как истребить земное зло, научи, как изгнать Самаэля из его обители и поселить там святую рать небесную.

— Хорошо ты говорил, — ответил ангел. — Да будет с тобою Божья воля, ведь и святые ангелы и серафимы ждут не дождутся Божьего отмщения за поругание Царства Шехины. Только знай, сын человеческий, что все, содеянное тобой до сего времени, — ничто, и, если б ты ведал, где обитает Самаэль, ты бы никогда не отважился на свой поступок, ибо одному Богу под силу справиться с ним. Мне и самому невдомек, сколь велика сила его полчищ, в чем он черпает силу и от чего теряет мощь. А знают о том только два ангела — Акатриэль и Метатрон.

— Конечно, я мал и слаб, — отвечал дела Рейна, — но желание мое сильно. Научи меня, как призвать в дольний мир Акатриэля и Метатрона и каким Именем заклясть их. Пусть умру, но увижу лики святых ангелов, ибо так удостоюсь вечного блаженства.

Речи мудреца понравились ангелу, и он спустился пониже. Дела Рейна поглядел на своих учеников: те по-прежнему недвижимо лежали на земле. И Сандалафон рассказал ему о ловушках для Самаэля и научил, как самому не попасться в них. Когда он закончил речи свои, радостное волнение пробежало по рядам ангелов, а Сандалафон тотчас пропал — только огненная повозка его рассыпала молнии, да долгий громовой раскат повис в воздухе.

Дела Рейна поднял на ноги своих учеников и повел их, как учил ангел, к одной темной-претемной пещере на горе Мерон. В этой пещере они жили по велению ангела сколько-то времени в уединении, аскезе и учении, так что сделались до того слабыми и чистейшими, что тихий летний воздух, проникавший вглубь пещеры, сек их почти бесплотное тело, точно бич.

Однажды утром подул сильный ветер, и у входа в пещеру завертелась воронкой густая бурая пыль. Вихрь завивался и крепчал, поднимая с земли растения, песок, мелкие камни; он срывал и уносил почву, ворочал огромные черные глыбы, и, когда все вокруг сделалось голо и черно от камней, дела Рейна и его ученики вышли из пещеры навстречу сиротливому, монотонному завыванию неугомонного ветра.

Дела Рейна наказал ученикам крепко держаться за руки и ни в коем случае не выступать за пределы круга, что бы они ни увидели и что бы ни услышали. Так они стояли тесным кольцом и призывали ангелов, и чем сильнее звучали их голоса, тем плотнее обнимало их безмолвие, даже голоса птиц не было слышно.

Вдруг земля затряслась, и в полыхании молний и раскатах грома раскололись небеса — то в пышущих огнем колесницах спускались с вышины ангелы и, если б люди не стояли надменно скрестив на груди руки, несдобровать бы им от гнева небесных вестников.

— Кто этот муж, что не боится нашего жезла, который сильней, чем вихрь, крушащий утесы и выворачивающий с корнем деревья?

Небо стало сплошным ослепительным пологом, на котором ничего нельзя было разглядеть, и дела Рейна испугался, что грозные ангелы исчезнут. Он вдохнул в себя запах живительной лаванды, склонился перед ними в поклоне и прошептал заклинание, как учил его Сандалафон.

Оба ангела уселись на выставленные перед колесницами сиденья под покровом усыпанного звездами балдахина, а два льва держали в поднятых лапах их жезлы. Ангелы внимали шепоту дела Рейна в ледяном молчании вечности, а вместе с ними и все их несметное воинство, простиравшееся по обе стороны насколько хватало глаз. Слышалось только потрескивание огня да похлопывание знамен, да золотые щиты сверкали на солнце.

— Говори громко, чтоб мы тебя слышали, — приказал Акатриэль.

Но дела Рейна открывал рот беззвучно, словно рыба.

Метатрон коснулся скипетром его языка и повелел:

— Говори!

Дела Рейна сперва отвесил несколько поклонов, а потом сказал:

— Умоляю вас, Святые Ангелы, лишь одно важно мне знать: где прячется Самаэль и как погубить его?

— Самаэль силен, и мощь его велика. Не тебе одолеть его. Он поразит тебя насмерть, — ответил Метатрон.

— По одну сторону поставлена у Самаэля прочная железная стена от земли до неба, — повел речь Акатриэль.